Мы продвигались вперед. Несколько раз за нами увязали в грязи телеги, так что приходилось останавливаться и ждать, пока вытащат.
Солнце неспешно склонялось к горизонту. А Руни продолжал сладко спать возле меня.
Не удержавшись, я снова скользнула пальчиками по его подбородку, ощущая, как колются короткие волоски.
— Вот не женюсь, пока на меня девица так смотреть не начнет, — поддел меня Яшка.
Паренек зыркнул на нас и отвернулся, но я успела заметить, как уголки его губ проказливо приподнялись.
— А сам как на нее смотреть будешь? — привстав, я оперлась на локоть.
— А вот как волк на тебя глазеет, пока ты не видишь, так и буду, — фыркнул он в ответ.
— И как же это? — протянув руку, накинула на Руни одеяло.
Становилось заметно холоднее.
— Голодно, орина, он смотрит на тебя. Очень голодно, — Яшка стегнул лошадку, стараясь ехать так, чтобы телега была ближе к обочине.
Лужи стояли глубокие. Повсюду грязь, того смотри, и наши колеса увязнут.
— Скажешь тоже, — проворчала, поглядывая, как он гладит устроившегося возле него на лавке Руньярдика.
— Верно он все говорит, Касси, — подал голос Руни. — Женщиной своей дышать нужно. Именно так я на тебя и смотрю — голодно.
— Ты проснулся, — я подтянула на нем одеяло, укрывая плотнее. — Сыро вокруг. Воздух тяжелый. Как бы ночью не замерзнуть. Костры в лужах не разведешь.
Он улыбнулся, следя за моими действиями.
— Мы уже привыкшие, орина, — Яшка снова уставился на дорогу. — Куртку накину и нормально. — Глава сказал, что места эти опасные, поэтому ночью лучше медленно ехать, чем где-то стоять. Лошадей накормили — выдержат. Уже бы скорее до земель ханыма Руньярда добраться, надеюсь, там спокойнее будет.
— Недалеко осталось, Яшка, — Руни тяжело выдохнул. — И прав Алиф, лучше продвигаться вперед. Я немного полежу еще и сменю тебя.
— Мне нормально, Руни, отдыхайте. Я, когда ту бурю увидел, мысленно с мамкой простился. Уж думал все: или деревом накроет, или стихия поломает. Не знаю, кто ты есть, но очень хочется быть тебе другом.
— Какой ты продуманный.
Руни засмеялся и остановил взгляд на моем лице.
— А то, у меня же мамка - ведьма, она жизни и учила, — похвалился наш временный извозчик.
Руни выпустил мою руку, но лишь для того, чтобы, обхватив за талию, подтянуть к себе ближе.