— Мальчик мой, прожуй! — Амма поставила локоть на стол и устало оперлась о ладонь подбородком. — Генералов у тебя много — пришли кого-нибудь. Вегарта, к примеру. Соскучилась я по зятю любимому. Столько его не видела, родненького. А внученька моя пусть при твоем дворе остается, под опекой... Твоей же... Он проглотил кусок, положил очередную кость на тарелку и усмехнулся. В его глазах промелькнула тьма. Но ведьму это ничуть не смутило. Она знала этого мальчика так давно и не могла не помочь ему в делах любовных.
— Хитра ты, бабушка, — молодой император одобрительно закивал.
— Было у кого учиться, внучок. Ты ешь-ешь, — она указала ему на мясо. — Совсем вы у меня с Руни худенькие.
Император взглянул на себя, припомнил габариты друга и тихо засмеялся. Но кусок жареного хлеба, натертого чесноком, поднял. Дома во дворце он этого не увидит.
Съев еще несколько гренок. Он замер.
— Наверное, ты права, родная, пришлю сюда Вегарта. Он член семьи, и ни у кого не возникнет вопросов по поводу его присутствия.
— Ты только отцу так не скажи, — пожурила его ведьма.
Темный снова глухо рассмеялся.
— Ярвен, Амма, за подобные намеки ящером прямо в моем кабинете обернется. Для него семья — святое. Я потому именно его дочь в пустыню и отсылаю. Посмотреть — посмотрят, а пальцем не тронут. Вот пусть оталы облизываются да мечтают о наших женщинах. Да, грезят о них и все больше в сторону нашей империи смотрят. Союзники мне нужны надежные. Но не о том я... Этот генерал Ордо... Ящерица слизкая. Что у него там за тайны? Знаешь, моя старушка, тьмой чую — не понравится мне то, что я выясню.
— Ты главное темный свой нрав при себе держи, — ведьма прищурилась.
— Да я-то держу, а Руни пусть с истинной своей по лесам немного погуляют. Ни слова о нашем разговоре. Никому! Для всех, ханым Руньярд отбыл к границе по моей личной просьбе. Куда — молчок. Пока он вернется, я уже обо всем знать буду. Что нужно — скрою, где надо — подмажу. И ты молчи.