По обе стороны пересохшего русла, вдоль которого они двигались, постепенно вырастали холмы.
Русло окаймляли чахлые тополя. Их пыльные листья давали кое-какую тень, но не прохладу. Растения, которым требуется наружная влага, давно отцвели, вышли в семена и умерли, превратившись в ломкие стебли, шелестящие под ветерком в ожидании сезонных дождей.
Проход между холмами становился все уже. Рено снял ремешок с шестизарядного револьвера и вынул ружье из седельного чехла. Он загнал в патронник патрон и ехал, держа ружье на коленях.
"Действия Рено подсказали Еве, что у них не было другого пути, кроме как вперед. И что они все глубже проникали в эту сужающуюся расселину в иссушенном теле земли. Она достала старый двуствольный дробовик из чехла и проверила его.
Услышав лязганье дробовика, Рено повернул голову. Зарядив оба ствола, Ева положила ружье поперек седла, направив ствол в сторону, противоположную той, куда было нацелено ружье Рено. Ее лицо казалось сосредоточенным, но отнюдь не испуганным.
В этот момент Рено вспомнил о Виллоу, которая однажды стояла с ним спиной к спине, ожидая, кто выйдет из леса — Калеб или кто-то из банды Джеда Слейтера.
Тогда из леса вышел Калеб, но у Рено не было сомнений, что любого другого Виллоу застрелила бы.
Не сомневался он и в мужестве Евы. Ей в течение многих лет приходилось себя защищать.
„Они поняли, что меня нужно оставить в покое“.
Глаза Рено постоянно следили за поворотами сухого русла. Чалой обстановка также не нравилась. Она прядала ушами, настораживаясь при малейшем шорохе.
Мышастая тоже была начеку. Ева чувствовала напряженность ее движений и видела, что она нервно помахивает хвостом. Даже оба Длинногривых казались настороженными. Они по пятам следовали за мышастой, словно опасаясь, что их оставят одних.
Справа и слева в основное сухое русло впадали другие, такие же сухие.
Внезапно Рено направил лошадь в одно из боковых ущелий. Когда Ева хотела заговорить, он жестом призвал ее к молчанию.
Спустя несколько минут небольшой табун диких лошадей проследовал мимо путешественников. Лошади направлялись туда, откуда пришли Ева и Рено.
Ева почувствовала, что круп мышастой напрягся. Она набрала воздуха, чтобы приветливо заржать.