— Не забыл свое увлечение? — улыбнулся капитан, вспомнив, как Савелий работал днями и ночами, услышав от тренера легенду о японских ниндзя, соорудил себе эту цепочку и вскоре научился пользоваться ею виртуозно. — Эту-то где слямзил? Стоп! Сам скажу! — Он громко расхохотался. — В туалете спер? С бачка?
— От твоего острого глаза ни один сортир не скроется, даже дамский! — съехидничал Савелий и повернулся к американцу. Засучив ему рукав, перетянул бицепс цепочкой, затем поднял шприц кверху иглой, поскольку видел такой жест у врачей в Афганистане, пустил струю, с трудом нащупал вену, похлопал по ней и осторожно ввел иглу.
— Ой, кровь в шприц пошла! — испуганно воскликнул он.
— Так и должно быть! — успокоил капитал. — Значит, попал! Дави!
Савелий послушно выдавил жидкость в вену, и вскоре американец перестал корчиться.
— Да-а, пригодился пакетик-то. Слушай, а вода дистиллированная?
— Опомнился! — хмыкнул капитан. — Должна быть — из радиатора набирал. Хотя какая разница: другой все равно нет! Выживет! Если захочет.
— Интересная мысль, — вздохнул Савелий.
— Сэнкью, — раздался голос американца. — Спасиба, — тихо добавил он, с трудом шевеля пересохшими губами, после чего снова потерял сознание, откинув голову, но дыхание его было почти ровным.
— Коль откликнулся, жить будет! — весело констатировал капитан, вздохнув с явным облегчением. Он очень переживал за американца и пытался скрыть это за явной грубостью.
— Значит, ты здесь около года? — спросил Савелий, повернувшись к окну.
— Да, почти восемь месяцев. Американец снова зашевелился и тихо сказал:
— Все очень хорошо.
— Мы очень рады, что ты вновь вернулся к жизни. Послушай, после кайфа тебя на баб тянет? — спросил Савелий.
— Меня на баб всегда тянет, особенно когда их нет рядом, — грустно ответил тот.
— Чего он такого смешного отмочил? — спросил капитан.
— Так, ничего. За жизнь поговорили. Значит, ты в их криминале участвовал?
— Участвовал, — просто ответил капитан.
— Я был у тебя дома.
— Ну?
— Тетка померла.
— Знак, — вздохнул капитан.
— А тебя наградили орденом Боевого Красного… посмертно.
Капитан с раздражением ударил по тормозам, и тут же наловил на газ: начинался крутой подъем.