Когда сердце замирает, а ты нажимаешь на курок. В этот момент ты главный в этом мире. Ты властен над всеми и вся.
— Борис Владиславович, я подумал о варианте, что под действием раствора нам придётся долго искать подземных. Поэтому взял с собой это, — сказал я и достал из кармана маленький пузырёк с мутно-зелёной жидкостью.
— Что это? — нахмурился полковник.
— Приманка. И нейтрализатор я тоже захватил. Хотите попробовать? — улыбнулся я.
— Конечно, — ухмыльнулся полковник. — Это же идеальные условия! Мы приманим всех монстров в округе к одной точке, а потом уничтожим из засады.
Я заразил Бориса Владиславовича своим азартом, и ему не терпелось приступить к выполнению второй фазы нашей операции.
Сперва мы долго обсуждали, какое место в лесу выбрать для приманки. Вариантов была масса. Разгорелся настоящий спор. А один сумасшедший мужик из отряда и вовсе предложил вылить приманку в озеро!
Но последнее слово оставалось за полковником:
— Алексей, ваша идея про засаду в лесу кажется самой безопасной.
— Конечно, — кивнул я и с чувством лёгкой победы направился обратно в лес.
Ещё когда мы шли к озеру, я приметил для себя одну низину. Если вылить концентрат-приманку туда, то у нас будет преимущество для обстрела с высоты.
— Делаем ставки, господа! Сколько вылезет этих тварей! — в шутку воскликнул Иван Фёдорович, когда я спустился в низину и вылил содержимое из крошечного бутылька на снег.
— Сотня! — крикнул я и поднялся наверх.
Зубастика я заранее отогнал подальше, чтобы на него не так сильно подействовало. У него хорошо развита воля, чтобы первое время сопротивляться, а потом уже позову его на подмогу.
— Хм, сотня — это многовато. Ставлю тридцать, — ответил полковник.
— А что будет в награду победителю? — спросил я, улыбнувшись.
— Освобождение от дежурства на месяц, — пожал плечами Борис Владиславович.
Лучше он ничего не придумал.
Все члены отряда радостно воскликнули и начали делать ставки на количество монстров.
— Иван Фёдорович, только давайте в следующий раз спорить на то, кто больше монстров убьёт. Так интереснее, — сказал я куратору.
— Чёрт! И правда. Что ж я сам не додумался?
Мы рассмеялись, и Иван Фёдорович озвучил ставку в пятьдесят особей. Ведь его я от дежурства тоже не отмазывал, он лишь уволился с основной службы, когда переходил работать ко мне.