— Да, если верить учёным. Самому любопытно, кто из них вылупиться.
— Ну, об этом мы уже скоро узнаем. А какие у вас срочные вопросы?
— Алексей Дмитриевич, боюсь, мои новости вас не обрадуют.
— Да я уже забыл, что такое — хорошие новости. Давайте выкладывайте начистоту.
— Хорошо, — ответил Иван Фёдорович, сглотнув засевший в горле ком. — Вас предал очень близкий человек.
Глава 9
— Кто? — спросил я у Ивана Фёдоровича, а в груди поселилась тяжесть.
Меня предал близкий человек. Но кто?
Те, кто принесли клятву ордену или клятву на крови, уже практически не способны предать.
Иван Фёдорович долгую минуту молчал, собираясь с мыслями, а потом всё же ответил:
— Лев Борисович уехал в Москву, чтобы принести клятву новому императору.
П-фу! Вот это как раз было ожидаемо.
— Иван Фёдорович, а с каких пор мы со Львом Борисовичем стали близки? — спросил я, не скрывая раздражения в голосе.
— Ну как же… Он знает о подземной лаборатории. Вы дали ему регата. И не стали брать клятву… Значит, вы настолько доверяли ему.
Ох, как же куратор ошибался.
— Вовсе нет, — поспешил объяснить я. — Клятву бы Лев Борисович всё равно не принёс, поэтому я и не стал на ней настаивать. Да и регат выбрал его сам.
— В таком случае прошу меня простить, что ввёл вас в заблуждение.
— Да уж. Но будем считать, что это не такая уж и плохая новость.
— В смысле, Алексей Дмитриевич?
— У нас со Львом Борисовичем схожие взгляды, и клятва новому императору ничего не изменит.
— Вы что-то задумали? — уточнил куратор.
— Да, но сперва надо удостовериться, что Лев Борисович вернётся именно в качестве наблюдателя.
Иван Фёдорович кивнул.
— Раз с этим мы разобрались, то можно вернуться в особняк, — предложил я.
— Но зачем?
Отвечать на вопрос мне не пришлось. Макар влетел в лабораторию и с начал с детским восторгом осматривать колбы, где в магическом концентрате созревали яйца.
— Ух ты! А на этом уже трещина пошла! Скоро вылупится! — воскликнул Макар, и к нему тотчас подбежала толпа наших учёных.