Он осчастливил нас сегодня своим утомительным присутствием и чертовски хочет превратить всех в таких же невыносимых трудоголиков, как он сам. Мне не нужно давать ему стимул для того, чтобы он повысил градус своего ублюдского поведения.
— Ты просто завидуешь, потому что у него должность выше, чем у тебя, даже несмотря на то, что ты работаешь только на одну компанию.
— Если ты хочешь, чтобы мы поверили, что ты его не любишь, тебе стоит поумерить свой пыл.
Я поднимаю руку, чтобы ущипнуть его, когда дверь едва не слетает с петель.
Мой муж стоит в дверном проходе, его взгляд проникает в меня так глубоко, что мне становится трудно дышать.
Он смотрит на меня с новой силой.
Нечестивыми намерениями.
Мой собственный Бог Войны.
Глава 23
Илай
Я всегда был человеком контроля.
Эмоции, слабые или сильные, — несомненный признак слабости.
Я никогда не теряю хладнокровия, не позволяю чувствам затуманить мой рассудок или, что еще хуже, помешать принятию решений.
Хладнокровие — это не только образ жизни, но и метод, который папа и дедушка внедрили в меня с ранних лет.
Они говорили, что если я позволю эмоциям взять верх, то будет уже слишком поздно.
За свои двадцать девять лет жизни я был воплощением отрешенности и олицетворением притворной снисходительности. Мне никогда ничего не нравилось ни слишком сильно, ни слишком мало. Я никогда не поддавался импульсивности или пагубным привычкам. Никогда не получал того, что хотел.
Никогда не терял самообладания.
Никогда не затевал драку или не бил кого-то.
О том, чтобы пачкать руки, не может быть и речи.
Быть одержимым до безумия должно быть совершенно кощунственно.
И все же женщина, которая смотрит на меня с искрой вызова, в одиночку выкидывает все мои принципы в гребаную бездну.
Горячий край ярко-красной ярости просачивается из моей груди к кончику большого пальца, перекатывающего обручальное кольцо.
Это тревожное чувство не утихает с тех пор, как Хендерсон шепнул мне на ухо, что Ава не только появилась в «King Enterprises», но и заскучала и решила навестить Реми, чтобы немного «повеселиться».
Я встал и вышел с важного совещания по итогам инспекции с представителями зарубежного правительства и не слышал, какие бы оправдания ни придумывал отец от моего имени.
Хендерсон и его помощники не упомянули о том, что моя жена, мешающая мне, проделала все это, будучи одетой в то, что выглядит как обрывки одежды.