А ты просто согласился?
— Я всегда был неравнодушен к умоляющим, — его глаза сверкают смертоносным блеском, и я сглатываю, чувствуя внезапную сухость в горле.
— Будь серьезным, — выдыхаю я.
— Я абсолютно серьезен. Выбрось из головы мысль о разводе. Чем быстрее, тем лучше, — он тянется за телефоном, но я держу его на расстоянии вытянутой руки.
— У меня высокие требования.
— Я люблю такое.
— У меня очень дорогие пристрастия.
— Хорошо, что я происхожу из старых денег и достаточно богат, чтобы затмить ВВП нескольких стран.
— Я сведу тебя с ума.
— Ничего нового.
— Ты мне не нравишься.
— Это потому, что ты меня любишь.
— В твоих чертовых мечтах. Я не в твоей лиге.
— Я могу вернуть тебя в нее, если захочу.
Я в бешенстве. Мои пальцы покалывает от желания швырнуть телефон в его глупое великолепное лицо и уничтожить его раз и навсегда.
— Мы закончили? — спрашивает он скучающим тоном.
— Нет. Я все еще не понимаю, почему этот брак состоялся.
— Потому что он выгоден нам обоим. А теперь хватит бессмысленной драмы.
— В каком смысле выгоден нам обоим?
Он издал прерывистый вздох.
— Мне нужна была жена для имиджа, а тебе — муж, чтобы безопасно покинуть орбиту родителей и скрыть свою саморазрушительную натуру, безрассудное поведение и тревожные психические срывы. Это отвечает на твой вопрос?
Он вырывает телефон из моих ослабевших пальцев, а я смотрю на него, потеряв дар речи.
Горький привкус опускается на дно желудка, а к горлу подступает тошнота.
Я знала, что что-то не сходится, но не думала, что пойду на сделку с дьяволом, чтобы остановить тикающую бомбу в своей голове.
Мой брак, как и моя жизнь, — одна большая постыдная фикция.
Оставшаяся часть поездки проходит в напряженном молчании. Илай не поднимает глаз от своего дурацкого телефона, а я смотрю на все, кроме него.
На знакомые и одновременно странные лондонские улицы. На водителя и помощника, который, как я запоздало поняла, наверняка все слышал, включая мое унизительное осознание того, что произошло в моей жизни.
Прошло два года, а в моей жизни все тот же беспорядок, что и в последний год учебы в университете.
По словам Сеси и Ари, я вышла замуж за Илая летом после окончания университета и с тех пор ничего не делала.
Это был их способ намекнуть, что я все еще та самая засранка, которой я себя помню. Я не участвовала ни в одном конкурсе после того, как сбежала со сцены. Не получала ни контрактов, ни приглашений в оркестры, ни даже на мероприятия.