Пламя застонало от наслаждения, рванулось вверх багровыми языками с черной каймой копоти, лизнуло ветки, затрещало, разгрызая ветви.
Поляна озарилась слепяще-ярким светом. За деревьями тьма сгустилась еще больше, но здесь было сухо, тепло, здесь был могучий Мрак. Таргитай нелепо переступал с ноги на ногу, везде блестело и воняло, наконец вступил в поблескивающую лужу, от которой несло отвратительно кислым запахом. Это было намного хуже, чем слизь упыря, – это оказалось содержимое его желудка.
Таргитай перебежал на другую сторону костра.
– Мрак, как ты нас отыскал? Или наткнулся случайно?
Мрак сел подле костра, вытянул к огню ноги, на сапоги налипла ряска.
– Что вас искать… Шли, будто стадо туров. Да и от деревни далеко не ушли. Не успеет Боромир снять заклятие, как я успею туда и обратно.
Он сидел, широко расставив ноги, посмеивался. От него валил пар, багровые блики плясали по крупному жесткому лицу, страшно вспыхивали в расширенных зрачках.
– Ты спас нас, Мрак, – сказал Таргитай.
В темных глазах Мрака запрыгал злой смех.
– Я думал, одного дурака выгнали, оказалось – двоих! Да зажигать огонь из любых веток – это же… Эх, никчемы. Кроме солнца, упыри боятся только огня, его младшего брата.
Олег суетился вокруг костра, повизгивал от щенячьего восторга. Таргитай сказал с беспокойством:
– Мрак, тебе пора. Не знаю, как ты ночью прошел через Болото, но ты должен вернуться в деревню до утра.
Мрак замедленными движениями отстегнул пояс, снял перевязь с луком и колчаном со стрелами. Зубы блеснули в непонятной усмешке:
– Кто сказал, что я вернусь?
Олег радостно дернулся. Таргитай почти подпрыгнул, но задавил в себе счастливый вопль, сказал с усилием:
– Мрак… изгнали только нас. Тебя чтят. Ты должен занять место Громобоя.
Он поперхнулся, вдруг все поняв.