– О, она из тех, на кого самый большой спрос, – улыбнулась мадам. – Она наверху, но сейчас занята. Могу я предложить вам выпить или, возможно, другая наша прелестная…
Диган не стал дожидаться окончания фразы и молча шагнул к лестнице. Никто не подумал его остановить.
Луэлла нашлась в угловой комнате, выходившей на улицу. Дверь не была заперта, но сейчас у нее находился клиент. Она лежала на смятой постели, клиент только раздевался. Оба испуганно уставились на стоящего в дверях Дигана.
– Мне нужно обменяться парой слов с леди, – пояснил он клиенту.
Мужчина уже схватил рубашку и сапоги, и, низко опустив голову, промчался мимо Дигана. Луэлла встала и, накинув тонкий халатик, обернулась к Дигану:
– Пара слов, вот как? Ну, разве вы не красавчик? Уберите пистолет и мы с вами прекрасно поладим, мистер.
Диган сразу увидел, что она храбрится. Женщины обычно становились дерзкими, стоило ему снять кобуру.
– Я здесь не ради твоих прелестей, – успокоил он. – Но ты должна сказать, где логово Макса Доусона. Где он прячется, когда не наносит тебе визиты?
Она недоуменно моргнула. Брови озабоченно сошлись:
– Я ничего не знаю.
– Уверена?
Она перебежала на другую сторону кровати. Хоть какое-то препятствие между ними. Диган понял, что умудрился напугать ее своим тоном.
– Если мне придется ждать следующей недели, пока Доусон снова не прокрадется в твое окно, кого-то обязательно пристрелят во время ареста. И скорее всего, это будет Доусон, если попытается сбежать. В объявлении о его розыске не говорится, «живым или мертвым», но и не уточняется, обязательно ли он должен быть живым.
– Откуда вы знаете, что… О, это вы были у бара сегодня утром.
– Я не хочу ждать. Он мне нужен сейчас.
Это заявление было встречено долгим молчанием, прежде чем она задала вопрос полным трогательной надежды голосом:
– Вы не застрелите Макса, если в этом не будет необходимости?
– Нет. Если не будет необходимости.
Диган предполагал, что молодой Доусон питает некие чувства к девушке, но удивился, обнаружив, что она, очевидно, отвечает на них.