Грейди все еще сомневался в том, что их брак настоящий, и из кожи вон лез, чтобы это доказать. И предположение, что за их номером наблюдают, чтобы понять, чем они занимаются ночью, имело веские основания. В Огдене она заметила Сола спящим на крыше здания напротив отеля с подзорной трубой в руках. Она показала на Сола Дигану, но тот только пожал плечами. Возможно, это его забавляло.
Макс думала, что провести ночь в одной кровати, не касаясь друг друга, будет так же мучительно для него, как для нее. Не тут-то было.
Не будь ночи такими жаркими, не пришлось бы открывать окна. А занавески были такими тонкими, что ветер раздувал их, так что приходилось спать в одной кровати. Но может быть, она слишком торопится? А вдруг в этом отеле плотные шторы?
Они поднялись в отель не сразу, так что она не могла выяснить. Диган только велел отнести туда вещи. Они решили прогулять лошадей, перед обедом приняли ванну, и Макс не могла дождаться, когда заберется в седло.
Лошади застоялись, поэтому они долго разминали их в Огдене, и Диган хотел сделать то же самое сегодня, а завтра они сядут на южный поезд. Они далеко, очень далеко забрались на восток, чтобы найти поезд, который доставит их прямиком в Техас, но путешествие поездом Трансконтинентал Рейлроуд займет всего несколько дней. Макс была рада возможности увидеть Каунсил-Блафс, город, вошедший в историю.
Прогулка вышла прекрасной и имела дополнительное достоинство: Грейди сходил с ума от бешенства, ведь у него не было лошади и он не мог проследить за ними.
Макс и Диган держались дорог, потому что в окрестностях было слишком много ферм. Когда они остановили лошадей, решив повернуть обратно, она заметила:
– Мы могли бы сойти с поезда на одной из промежуточных станций до того, как поезд окажется в Форт-Уэрте. Мы потратим всего один лишний день, чтобы одолеть весь путь, вместо того, чтобы тащиться в дилижансе весь последний отрезок дороги до дома.