Но сейчас у меня не было времени на то, чтобы приводить в порядок еще и второй этаж.
Лили сказала, что до поселка не меньше пары часов пешком, так что нужно было спешить.
Вернувшись на первый этаж, я застала Лили и Логана на пути в ванную. Пожелала им доброго утра, сказала, чтобы умывались и шли на кухню, и сама пошла проверить готовность завтрака. Остатки перловки ждали в духовом шкафу, так что пока я занималась поисками, еда уже согрелась, а чайник с водой бодро булькал, стоя на плите.
Пока дети умывались, я на всякий случай еще раз проверила саквояж.
– Логан, останешься дома или пойдешь с нами? – Спросила я, когда мальчишка уплетал вторую порцию сладкой медовой тыквы. Он кивнул с важным видом, а когда Лили хихикнула, ответил, не прекращая жевать.
– С вами.
Вот и славно. Я, конечно, боялась, что в его компании дорога займет больше времени, но все же оставлять его одного в доме было рискованно.
Мы закончили завтрак, убрались на кухне, и я поставила замачиваться горох, чтобы по возвращении приготовить кашу или суп, в зависимости от успешности нашей вылазки. Но мне все еще нужно было что-то, что можно было обменять на деньги. Первоначальным планом было делать покупки под расписку. Не знаю, заведено ли здесь было оплачивать счета через время после покупки, но я надеялась, что когда у меня в руках окажется нечто, что подтвердит мой статус супруги Мортона, я просто буду говорить, чтобы счет выписывали на имя моего мужа.
Так что я просто решила продать что-нибудь из вещей Мортона. И на эти деньги запастись всем необходимым."
"Книги я отмела сразу же: неизвестно, имеют ли они большую ценность в этом мире, а если имеют, то какие именно? Так что оставались предметы одежды и, может быть, украшения, если таковые найдутся.
Но не успела я дойти до лестницы, чтобы вернуться на второй этаж, как в прихожей что-то зашуршало, а потом тоненько звякнуло. Звук был как у звоночка на гостиничной стойке из старых фильмов.
Я оглянулась, думая, что это кто-то из детей, но они оба сидели недалеко от камина, забавляясь тем, что возили по очереди по полу пальцем, на который притворно охотился Кексик.