Я села перед ним, нерешительно хватаясь за резинку его штанов.
– Я никогда не делала этого раньше, – призналась я, будто он сам не понимал.
– В этом нет ничего сложного, – ответил он понизившимся на несколько тонов голосом. – Я подскажу.
Я нерешительно кивнула, и потянула его штаны вместе с боксерами вниз. Джефри помог мне раздеть его. Теперь он лежал передо мной полностью обнаженный. Луна, заглядывающая в окно, освещала его прекрасное тело, красивое настолько, что я едва успевала дышать, пока мои глаза жадно оглядывали каждый сантиметр стальных мышц и чуть загоревшей кожи.
– Если ты переживаешь из-за безопасности, я чист, прохожу проверку регулярно. А с другими спал исключительно с защитой, – вдруг сказал он, видимо беспокоясь из-за моего оцепенения.
Я даже не подумала об этом, просто оторопела, пялясь на его огромное достоинство, но ему я не скажу об этом. Не стоит подпитывать его эго.
– Хорошо. А я… ну, девственница. – Этим я хотела сказать только то, что я тоже чиста.
Его губы изогнулись в нежной, немного снисходительной улыбке, он откинул голову на изголовье кровати, сверля меня проникновенным, хитрым взглядом.
– Я знаю, малышка.
Я почувствовала, как мои щеки краснеют, а шея покрывается мурашками от этого милого прозвища. Это не было типичным дешевым прозвищем вроде «детки», в этом было нечто большее, что Джефри никогда не чувствовал к другим.
Боже. Я готова была растечься лужицей на этой кровати прямо у его ног. Я удивлялась, как еще мое сердце не выпрыгнуло из груди прямо в его руки.
– Потрогай его, он тебя не укусит, – усмехнулся Джефри. Я могла бы оскорбиться от совершенно неуместного насмехательства, если бы вовремя не поняла, что его поведение не более чем защитная реакция. И чтобы подтвердить свою догадку я опустила ладонь на его грудь, где под теплой кожей быстро колотилось его большое сердце.
Для Джефри этот момент был не менее волнительным, чем для меня.