— Я растрогана, еще чуть-чуть и проникнусь тобой окончательно, — тоже откровенно улыбаюсь, показывая всем видом, что не родился еще тот, кто сможет поставить меня в неловкое положении своей иронией.
— Может, задом повернуться? Чтобы ты мной окончательно прониклась.
— Повернись, — легко соглашаюсь, но не потому, что и впрямь собираюсь любоваться его задницей. Мне, прости господи, надо прийти в себя от увиденного и отдышаться.
О, да. У Леднёва совершенной формы зад и не менее совершенная спина с россыпью родинок под левой лопаткой.
Как часто бывает, примитивные инстинкты оказываются выше здравомыслия, и я касаюсь его спины. Я трогаю эту широченную спину с россыпью родинок под левой лопаткой. У Леднёва, видимо, в этот момент тоже мозг отрубает. А может, у него отрубило его гораздо раньше. Никита разворачивается и прижимает меня к себе, а заодно и к двери.
— Отпусти! — естественно, сопротивляюсь я.
— А как же продолжение?
— Какое тебе нужно продолжение?
— А ты сама как думаешь? Или ты меня просто так раздела?
— Просто так.
— Сказки не рассказывай. Ты даже не дрогнула, когда я дверь открыл. Даже прикрыться не попыталась. Другая бы по роже дала или завизжала, а ты не пискнула. Сама затащила меня в ванную — раздевайся.
— Это было чисто в воспитательных целях, чтобы знал, с кем связываешься, и не наглел!
— Странные у тебя методы.
— Отпусти, охренел совсем! — упираюсь ему в грудь, пытаясь от себя оттолкнуть.
Меня не пугает его возбуждение.
Не пугает мое возбуждение.
Пугает скорость, с которой Леднёв умудрился вызвать во мне эти ощущения, потому что, несмотря на то, что я готова его убить, мне хочется с ним поцеловаться.
Не знаю, как далеко бы мы зашли, но нас остужает появление Григорьевой.
— Э, народ! — кричит она. Этот зов направлен, видимо, на то, чтобы дать понять, что она уже в квартире.
— Одевайся, блин! — шиплю я, и Никита отпускает меня.
Жду, пока он оденется, а потом думаю: «Да какого хрена!».
Широко распахнув дверь, выхожу из ванной, и Тася, раскрыв от удивления рот, замирает посреди прихожей.
— Э-э-э, — что-то растерянно мычит подруга, а я невозмутимо скрываюсь в спальне. Там быстро надеваю на себя первое попавшееся белье, ибо сомневаюсь, что Ник покорно отвалит от меня.
Нет. Как можно?
Мы ведь еще не все шпильки друг на друга потратили.