Она его друг, фактически единственный здесь. С ней Тим просто не имеет права так подло поступить. Томилина и так натерпелась от Андрея, и надо быть последней сволочью, чтобы вернуть ее в лапы этого извращенца.
Услышав негромкий стук, Громов открыл глаза и устремил свой взор на входную дверь.
— Тимур, можно? — робко спросила Мирослава, заглянув внутрь.
«Еще и Мира!» — мысленно выругался он. Ведь и ее нельзя никому отдавать. Тим не сумеет предать ее доверие.
— Проходи. Что случилось? — устало проговорил он и, поставив бокал на стол, встал навстречу девушке.
— Ничего… Я хотела поговорить, — Мирослава несмело улыбнулась.
— Присаживайся, я тебя слушаю — Тимур посадил ее на кровать, а сам сел в кресло напротив.
— Завтра… Приедет тот человек… — запинаясь, произнесла Мира.
— Да.
— Понимаешь, — начала она, ломая пальцы. Слова давались с большим трудом, девушка ужасно стеснялась.
— Я помню, и?
— Не знаю, как сказать, — Мирослава беспомощно посмотрела на Тима.
— Говори как есть, я пойму, — он накрыл ее руки своими ладонями.
— Я хочу, чтобы ты стал моим первым мужчиной. Ты, а не какой-то старый извращенец, — на одном дыхании выпалила Мира и опустила глаза.
— Малыш, да ты что, — удивился Громов. Такое ему даже в голову не могло прийти. Он пересел на кровать и прижал девушку к себе.
— Помоги мне, пожалуйста, я не хочу так, — умоляла она, оставляя мокрые следы от слез на его футболке.
— Я не могу, — шептал Тимур, гладя Мирославу по голове. Он был обескуражен и никак не мог найти подходящих слов, чтобы успокоить ее.
— Ты меня не хочешь, да? Совсем? Я не такая красивая? Ну скажи, что сделать, я попытаюсь тебе понравиться."
"— Да ты что, не в этом дело. Ты очень красивая, но я не воспринимаю тебя как женщину, ты еще ребенок. Да и при всем желании я не смогу тебе помочь, это против правил.
— Что мне делать? Лучше умереть, чем так… — отчаянно прошептала она и, уткнувшись Громову в грудь, снова зарыдала.
— Ну перестань! Выбрось эти мысли из головы. Мир, а ты Инге говорила?
— Нет.
— Зря, завтра обязательно расскажи ей все.