Поведение Ирины переходило все разумные границы: он, как идиот, мчался спасать ее, нарушая мыслимые и немыслимые правила, а она еще и упирается.
— Тимур, оставь меня в покое.
Ей понадобилось все ее хладнокровие, чтобы фраза прозвучала более-менее уверенно. Как бы сильно ни любила Громова, Ира осознавала, что будущего у них нет, и безжалостно приносила в жертву своей свободе эту любовь. Она просто не имела права сдаваться.
— Че ты творишь? Ты даже не представляешь, что он с тобой может сделать…
— Ошибаешься! Я очень хорошо его знаю, и ничего плохого он мне не сделает.
Ира убеждала в своей правоте не только Тимура, но и себя. Старательно отводила глаза, чтобы не поддаться своей слабости и не передумать. Неимоверно сложно было бороться со своими чувствами, отчаянным усилием воли заглушать мольбу сердца, рвущегося навстречу Тимуру.
— Кто же он?
— Прокурор, с которым вместе работали.
— Шевцов, наверно, — снисходительно улыбнувшись, уточнил Громов. Нервно мерил шагами помещение в надежде придумать хоть что-то, чтобы открыть ей глаза.
— Да, а откуда ты…
— Ты совсем дура? Этот твой Шевцов бывает здесь раз в две недели.
— Не может быть, — твердо заявила Романова.
— Где он сейчас?
— Позвонить вышел в смежную комнату.
— Позвонить? Серьезно? А то, что телефоны сдают перед входом тебя не смущает?
— Врешь! — Ира перешла в наступление. — Я не верю ни единому твоему слову. Игорь Петрович — честный и порядочный человек.
— Иди посмотри, что там в этой комнате, — взревел Тим и, подойдя к ней практически вплотную, с силой встряхнул за плечи, вынуждая смотреть в глаза.
— Пусти, мне больно, — сдавленно произнесла Ирина и поморщилась от боли.
Громов разжал руки и взъерошил волосы, не зная, что еще предпринять. Она ничего не хотела слушать, а аргументов больше не осталось.
— Тимур, ну перестань, — примирительно сказала Ира и погладила его по руке. Она не хотела расставаться на такой ноте, оставлять какие-то недомолвки, поэтому решила сжечь мосты. — Я взрослая девочка, сама знаю, что мне делать.
Громов не вытерпел, крепко прижал ее к себе.
— Я все понимаю, мы не ладим в последнее время, но сейчас не до выяснения отношений. Ириш, я тебя очень прошу, пойдем со мной.
Этот момент был самым тяжелым для нее — вновь почувствовать его тепло, вдохнуть родной запах. На пару мгновений она позволила себе окунуться в те невероятные ощущения, что дарил ей Тимур, и, собрав последние силы, отстранилась.