Не могла же она вот так просто взять и сдаться?
— Тише ты, — прошептал Тимур, теснее притягивая к себе. — Не трону я тебя.
Как ни странно, но о сексе он думал в последнюю очередь. Ему важно было почувствовать эмоциональный контакт, а не физический.
Ира затаила дыхание, испытывая невероятный восторг. Его запах окутывал мягким облаком, вынуждал забыть обо всем и раствориться в нем. Громов помог ей удобно устроиться на его руке и надежно прижал ее к груди, зарываясь носом в пушистых волосах. Романова прикрыла глаза, наслаждаясь его близостью.
Оба молчали. Столько всего нужно было сказать, но никто не решался начать. Тишина затягивалась, но не тяготила.
— Почему ты не помог Инге? — вдруг спросила Ира. Сейчас, когда она смогла наконец расслабиться, почему-то вспомнила о подруге.
— Не мог, — спокойно ответил Тимур и, чуть помедлив, пояснил: — Если бы я вмешался, меня бы уже не было…
— Но мне же смог, — она попыталась повернуться нему лицом, но его сильная мужская рука удержала ее на месте.
— За тебя я готов был сдохнуть, — честно признался Громов, обжигая ухо горячим дыханием.
— А сейчас?
— А сейчас спи давай, — он поцеловал ее в макушку и прикрыл глаза. — Хватит откровений на сегодня.
Она здесь, в его руках, такая любимая и желанная, о большем он и не мечтал. Вдыхая ее аромат, ощущал, как все тело наполняется трепетным счастьем.
Ира не спорила. Знала, что он не врет, и хотела ответить ему тем же.
— Что ты постоянно бегаешь от меня, неугомонная ты моя? — услышала хриплый шепот, но вместо ответа потерлась щекой о руку. «Неугомонная моя» — про себя повторила Ира и уснула со счастливой улыбкой на лице.
Глава 43
Москва. Квартира Зиминой
Ощущая приятную тяжесть тела любимой женщины, Хабаров счастливо улыбнулся во сне и крепче прижал к себе Елену.
Зимина потерлась щекой о его грудь и медленно открыла глаза. Впервые за последние полгода она проснулась с мужчиной в своей собственной постели и до конца не могла в это поверить.