Я боялась поднять глаза, случайно раскрыть взаимность чувств.
Крис выбрал военную драму в противовес Халле — любителю поверхностных комедий, от которых я давно начала скучать.
Зачастую я размышляла о своем, рассеянно следя за происходящим на экране. Сегодня же все мое внимание принадлежало Крису. Даже если я упрямо делала вид, что мне все равно.
Вот он повернул голову в мою сторону, и мое дыхание сбилось, а руки сжались в кулаки.
Я все ждала, когда же ему надоест на меня пялиться, но фильм Криса совсем не интересовал.
Когда оборотень утверждал, что с ним поход в кино пройдет веселее, и я ни за что не усну, то не лгал. Как тут заскучаешь, если пульс зашкаливает за сотню ударов, а лицо горит от перевозбуждения.
На экране трагически гибли солдаты, совершая один геройский поступок за другим, но я не запоминала ни лиц, ни имен… не ощущала течения времени.
Оно и вовсе застыло, когда горячие пальцы вдруг накрыли мой сжатый до боли кулак и нежно двинулись по коже от косточек к запястью.
Моя рука расслабилась и раскрылась помимо воли, измученной долгой борьбой.
Возможно, меня впечатлили цветы, и я поддалась на это шаблонное ухаживание как самая обыкновенная девчонка…
А может полутьма стала моим спасением: здесь я могла забыть о том, насколько изуродовано мое лицо. Хотя и знала, что волк отлично видит в темноте, сработали человеческие стереотипы.
Моя спина покрылась электрическими мурашками, когда Криставиан, перевернув мою ладонь, неспешно исследовал каждую линию, а затем ненавязчиво переплел наши пальцы.
Сердце зашлось в безумном ритме, и я не выдержала — посмотрела на оборотня.
Мерцающее лицо было напряжено сверх меры, бездонный пылающий взгляд проникал насквозь. Но больше всего меня поразил чуть приоткрытый рот и часто вздымающаяся грудная клетка.
Как бы Крис ни скрывал чувства, я видела, насколько трудно для него удерживать расстояние, которое я создала.
— Прости… — шепнула я, испытывая внезапный прилив сожаления из-за своего дурацкого решения."
"Спустя головокружительное мгновение я оказалась у оборотня на коленях. Лицо в его руках, горячие губы торопливо целуют, целуют…
Ровно секунду длилось ощущение, что этого делать нельзя… а после я блаженно капитулировала, расслабляясь в уверенных, могучих руках и нежно потягивая светлые кудри.