— Обещаешь? — отчаянно взмолилась я, желая поверить его словам.
— Клянусь! — Трепетный поцелуй обжег мои дрожащие губы, напоминая, каким нежным и осторожным может быть даже полукровка, оставаться человеком после такого жестокого противостояния, прекрасно контролировать себя без всяких браслетов. — Клянусь, Флоранс, мы сможем пройти через это вместе!
Глава 61. Превращение
Изумрудное струящееся платье до колен, десятисантиметровые каблуки и заколотые над ушами волосы — результат стараний Линет.
Из зеркала на меня смотрела очаровательная, знойная блондинка, в которой я с трудом узнавала себя: татуировка исчезла вместе с уродливыми шрамами, преображая лицо, волосы приобрели золотой блеск, подтянувшееся тело поражало изяществом и гибкостью.
Из отличий можно было назвать желтые глаза, меняющие цвет до оранжевого, когда я злилась. И неожиданная сексапильность, которая раньше во мне совершенно отсутствовала.
Я оказалась права: превращение в волчицу делало женщину особо привлекательной для противоположного пола.
У самцов увеличивались все мужские качества, дремлющие в человеческом обличии: сила, храбрость, мужество. Но с хорошим приходило и плохое: безрассудство, властность и агрессия. Стремление занять место вожака, драться с любым, кто покажется соперником, и доказать свое превосходство, становилось непреодолимым.
Вот поэтому женщины легче переносили изменение. В самом деле, что опасного в том, чтобы просто быть чувственной и красивой? Пробуждать в мужчинах низменные желания и умело манипулировать ими?
Контролировать такие порывы гораздо проще, чем взрывной тестостерон.
Нестерпимый голод был одинаковым у обоих полов, но если вовремя его утолять, не становился проблемой. Я не ощущала в себе того безумия несдержанности, о котором говорили Халле и Крис. Возможно, потому что сразу оказалась в дружественной обстановке: стая Тэмиана выглядела сплоченной семьей, члены которой сосуществовали без типичных волчьих замашек.
Мне не нужно было сражаться с другими за право на жизнь, ожидать в любой момент нападения.
Кристав тоже становился уравновешенней в спокойной обстановке. Я заметила это еще в те времена, когда мы стали встречаться: стоило взять за руку, напряжение его отпускало. Если мы были только вдвоем, и никто не собирался вломиться в дом, он выглядел умиротворенным и ни капельки не опасным, даже если снимал браслеты.
И теперь я лицезрела себя в зеркале.