Крис медленно моргнул. Он до сих пор не отвел взгляда, и это все сильнее волновало меня. Мое дыхание непроизвольно учащалось. Я почти могла разглядеть искры, проскакивающие в воздухе между нами.
— Ты видела, как Халле на твоих глазах превратился в зверя, и как я сбил машиной чудище, которого не должно существовать. И ты говоришь, что в порядке! — недоверчиво произнес он, не скрывая сарказма.
Шок был, но уже прошел. Сейчас я испытывала только любопытство. Ну, и еще волнение.
— Да, — пожала я плечами, удивляясь тому, что Криставиан все не отводит глаз.
Его лицо стало почти спокойным, угадывалась лишь тень тревоги, да пальцы на руле продолжали напряженно сжиматься. Но теперь я подумала, что он вовсе не готовится рвануть с места, а держится за опору, потому что иначе ему не сдержаться.
Вблизи мой спаситель оказался еще прекраснее. Теперь, когда мы остались наедине и в тишине, я могла рассмотреть его хорошо, изучить каждую линию."
"Волевые скулы и четко очерченный подбородок. Чувственные губы сложены в прямую линию, но уголки слегка изгибаются наверх.
Цвет радужки оставался необыкновенно светлым, практически желтым, напоминая сейчас мерцающее золото. Я помнила пылающий огонь его глаз и чересчур горячую кожу, но в этот момент не могла ничего доказать.
— Ты ведь не болен? — не удержалась я все-таки от вопроса.
Я могла смириться со скрытностью Халле. Принять уклончивое вранье Линет. Но отчего-то особенно неприятно было представлять лжецом Криставиана.
Кто угодно, только не он. Мы достигаем мечты не для того, чтобы в ней разочароваться…
К моему удивлению, губы парня дрогнули в легкой полуулыбке — самой ослепительной из всех, что я когда-либо видела. Способной осветить наступающую темную ночь и превратить ее в яркий солнечный день.
— Что? — не поняла я причины его радости.
— Нет, я не болен, — ответил он, и я почувствовала тепло разливающейся в груди благодарности за то, что он сказал правду.
Может быть, кому-то из моих друзей нравилось смотреть, как я строю беспомощные догадки и клещами выуживаю ответы? Кристав решил не примыкать к их компании, и от этого мои новорожденные чувства к нему стали еще сильнее.
— Ты зайдешь ко мне домой? — взволнованно попросила я, когда парень вытащил инвалидное кресло, чтобы пересадить меня в него.
Сильные руки бережно подхватили под колени и спину, и на мгновение я оказалась прижата к широкой груди.