Да, у часов все пикалки надо вырубить – еще сработают когда не надо. Осталось что? Правильно, пожрать перед выходом."
"Костерок развел метрах в двадцати от машины, в удобной ложбинке. Снял дерн лопаткой, накидал сушняка, поджег, поставил рядом с огнем кружку с водой, открыл банку тушняка и поместил рядышком. Тушенка прогрелась быстрее. Как раз, когда я вычищал банку остатками батона, закипела вода. Чай стал достойным завершением трапезы. Ликвидировав следы костра, отнес лопатку в «уазик», достал кусок маскировочной сетки, и тут меня осенило, как мне потом искать машину.
Куда идти? Выбор невелик: или на север, вдоль обрыва, или на юг, вдоль него же. Ну и на запад можно. Но что-то меня на север тянет, припекать уже начало, да и «а мы пойдем на север» в мозгах застряло. Решено, на север, так на север. И не прогадал. Протопав пару километров, привязывая через каждую сотню метров оранжевую ленточку, вышел к реке. Сначала я услышал характерный шум, потом оказался на высоком берегу, над порогами. Река, прихотливо изгибаясь, текла практически строго на запад.
По берегу идти было неудобно, он весь зарос кустарником и высокой травой. Лишь местами заросли прерывались проходами, ведущими к воде. Однако мне удалось найти звериную тропу, идущую параллельно реке, и я двинулся по ней. После выхода к реке я перестал вязать метки, поэтому двигался несколько быстрее. Солнце жарило вовсю, и, отмотав километров пять, почувствовал, что утоптался.