Так что, нас не раз уже они делали!, — резюмировал Император.
Помолчали.
— По их командующему, что думаешь?, — спросила Луиза.
— Граф — впечатляющий мальчик! Я уже отписал его отцу, что лично готов поучаствовать в его судьбе. Притом, в приказном порядке. Намёк поняли и обрадовались, но в ответном послании мягко указали на то, что их сын член Ордена и у их сына есть господин. И что-то мне говорит о том, что я знаю заочно этого господина, и этот господин…
— Гури!, — усмехнулась Луиза.
— Я в этом уверен.
— Надеюсь, что ты всё-таки выкроишь для меня время в своём напряжённом графике, и эту нужную поездку, особенно для меня и для нашего будущего ребёнка, мы совершим вместе. Времени много это путешествие не займёт. Порталом туда и обратно и по месту пару дней всего. Побудем вдвоём, без этой всей столичной кутерьмы, вдали от проблем и сообщений о боях и сражениях. Охраны минимум, чтобы не досаждали.
— Можно и проехаться, почему нет?, — улыбнулся довольной улыбкой правитель Империи. Он всегда улыбался, когда вспоминал, что у него скоро должен родиться ребёнок, и ему было совершенно всё равно, кто родится девочка или мальчик.
— Ергонию, в общем, поглощаем?, — уточнила Императрица.
— Ну, коль её так подставили красиво, да ещё они сами просятся… грех отказывать таким мольбам!, — рассмеялся очень довольный Император.
— А что ты будешь делать с послами, гвардейцами, между прочим? Именно через них поступило от герцогов Ергонии прошение о встрече. Тайной, между прочим, встрече.
Смех, как ножом обрезало.
— Но они работают не на герцогов!, — произнёс Тави.
— Да-а? И на кого же тогда?, — спросила Императрица.
— Орден! И на предплечьях у них, знаешь какие порядковые номера?!
— Ты про татуировку собачьей головы и порядкового номера?, — уточнила Луиза.
— Да…, — коротко ответил Тави.
— Ну, и какой же?, — усмехнулась супруга.
— Четвёртый и пятый. Они принадлежат Ордену и притом, уже давно. Это немыслимо!
— И как узнали?, — скривилась женщина.
Что говорить, а шпионы среди гвардии Его Величества — неприятная штука!
— Дамы… не умеют держать языки за зубами, но раньше на эти слухи внимания никто не обращал, а тут…
— Кобели!, — брезгливо проговорила Императрица.