Близнецы и мои вещи сложат аккуратно, а мы пока, вон там, в сторонке, на камнях, уже прогретых утренним солнышком, расположимся почти со всеми удобствами и проговорим.
Шварц правильно меня понял и, молча, направился вслед за мной к виднеющимся большим валунам.
Уселись. Я опять подставляю лицо солнышку.
— Ну, и чего надумал?, — сразу задаю я вопрос.
Но Шварц не ведётся, у него пока другие проблемы.
— Три тысячи девчат!, — шипя сквозь зубы, цедит слова барон.
Он пребывает в бешенстве.
Одно радует, в обморок, как красна девица, уже, похоже, падать не собирается.
Злой, решительный взгляд. Кулаки сжаты, и зубы друг об друга трутся, словно он уже зубами неизвестных уродов рвёт на части.
У меня похожие желания, но я уже перебесился, хвала математике, алгебре и началу анализа, как сказали бы в школе в моё время. Успокоили немного математические мысли ни о чём, когда зомби для тебя не бывшие живые девчушки, а просто материал для пересчёта.
— Что думаешь?, — уточняю я. — Откуда их тут столько?
Кого или чего сколько, и так понятно.
Шварц жмёт плечами.
— Даже наметок нет. Не, я понимаю, что караванами доставляли. Это понятно. Но ведь и Мастер искал и его люди, и ничего! Никакой зацепки! А если ещё окажется, что и твой Эл прав, и тут только одарённые собраны…, — Шварц покачал головой. — Думаю, чтобы такое дело тут организовать, для этого не один день, да что день, месяц или даже год надо! Тут десятками лет их собирали, пользовали и, как мусор, потом в штольни и переходы подземные выбрасывали.
Я прикрываю глаза. Как же хорошо, тепло и светло. Через веки пробивается солнечный свет.
Хорошо, приятно лицу, а вот на душе кошки скребут.
Шварц, вон, с чего-то сразу на годы перешёл?! Годы! Возможно, и даже наверняка. И работали по поставке такого специфического вида живого товара, уж очень аккуратно.