Воссоединение

Лишние мысли отсекались, сознание все более сосредотачивалось на их единении. Ее поры открылись, источая восхитительный мускус.

Беверли почувствовала приближение оргазма. Устремилась к нему, потянулась, ни на миг не сомневаясь, что он придет. Ее тело внезапно завибрировало и, казалось, подскочило вверх, еще не испытав оргазм, но достигнув плато, на которое она никогда не поднималась ни с Томом, ни с двумя любовниками, бывшими у нее до Тома. Она осознавала, что дело идет не к простому оргазму; грядет взрыв тактической атомной бомбы.

Она немного испугалась… но тело вновь подхватило заданный ритм. Она почувствовала, как Билл застыл, как все его тело стало таким же твердым, как та часть, что находилась в ней, и в тот самый момент она кончила – начала кончать; ни с чем не сравнимое наслаждение агонией выплеснулось из всех вдруг открывшихся шлюзов, и Беверли укусила Билла в плечо, чтобы приглушить свои крики.

– Господи, – выдохнул Билл, и хотя потом уверенности у нее поубавилось, в тот момент она не сомневалась, что он плачет.

Он подался назад, и она подумала, что он хочет выйти из нее – попыталась приготовиться к этому действу, которое всегда приносило с собой мимолетное, необъяснимое ощущение потери и пустоты – и вдруг он с силой снова вошел в нее. Она тут же испытала второй оргазм, хотя такого за собой не знала, и одновременно распахнулось окно памяти, и Беверли увидела птиц, тысячи птиц, опускающихся на коньки крыш, и на телефонные провода, и на почтовые ящики по всему Дерри, весенних птиц на фоне белесого апрельского неба, и пришла боль, смешанная с удовольствием – но боль легкая, не вызывающая особых эмоций, как не вызывает особых эмоций белесое весеннее небо. Легкая физическая боль смешивалась с легким физическим удовольствием и чувством самоутверждения. У нее потекла кровь… потекла… потекла…

– Вы все? – внезапно закричала она, широко раскрыв глаза, потрясенная.

На этот раз он подался назад и вышел из нее, но, донельзя потрясенная вспыхнувшим откровением, она едва это заметила.

– Что? Беверли? О чем ты?..

– Вы все? Я отдалась вам всем?

Она увидела ошеломленное лицо Билла, его отвисшую челюсть… и внезапное понимание. Но сказалось не ее откровение; даже потрясенная до глубины души, она это видела. Открылось и ему.

– Мы…

– Билл? Что это?

– Так ты нас вытащила, – ответил он, и глаза его заблестели так ярко, что испугали ее.