Воссоединение

– Хай-йо, Сильвер, ВПЕРЕ-Е-ЕД! – прокричал Билл и помчался к ним со скоростью не меньше двадцати миль в час, игральные карты выдавали пулеметную дробь, потом крутанул педали назад, заблокировав заднее колесо, и оставил на асфальте восхитительно длинный черный резиновый след.

– Заика Билл! – воскликнул Ричи. – Как поживаешь, мальчуган? Ах, батюшки… Ах, батюшки… Как ты, мальчуган?

– Но-ормально, – ответил Билл. – Видели Бена и Бе-е-еверли?

К ним подъехал Майк. На его лице блестели маленькие капельки пота.

– Как быстро катит твой велик, а?

Билл рассмеялся:

– То-очно не з-знаю.

Довольно бы-ыстро.

– Я их не видел, – ответил Ричи. – Они, вероятно, там, в клубе. Поют дуэтом. Ш-бум, ш-бум… ю-да-да-да-да-да… ты светишь мне, как солнце, сладкая моя.

Стэн Урис издал рвотный звук.

– Он просто завидует, – объяснил Ричи Майку. – Евреи не могут петь.

– Би-и-и…

– Бип-бип, Ричи, – закончил за него Ричи, и все рассмеялись.

Они вновь направились к Пустоши, Майк и Билл катили велосипеды. Разговор, поначалу оживленный, увял.

Глянув на Билла, Эдди увидел тревогу на его лице, и подумал, что эта мертвая тишина достает и его. Он знал, что Ричи пошутил, но сейчас создавалось ощущение, будто все жители Дерри на этот день действительно отправились в Бар-Харбор… или куда-то еще. Ни одного автомобиля не проехало мимо. Им не встретилась ни одна старушка, катящая тележку с продуктами в свой дом или квартиру.

– Очень уж тихо, да? – ввернул Эдди, но Билл только кивнул.

Они перешли на ту сторону Канзас-стрит, за которой находилась Пустошь, и тут увидели бегущих к ним, что-то кричащих Беверли и Бена.

Вид Беверли шокировал Эдди. Всегда такая чистенькая, аккуратная, волосы вымыты, завязаны в конский хвост… а сейчас выглядела так, будто извалялась во всех канавах вселенной. Глаза дикие, широко раскрытые. На щеке царапина. Джинсы в грязи. Блузка порвана.

Бен отстал от нее, бежал, тяжело дыша, брюхо моталось из стороны в сторону.

– В Пустошь идти нельзя! – Беверли жадно ловила ртом воздух. – Парни… Генри… Виктор… они где-то там… нож… у него нож…

– По-о-омедленнее.

 – Билл, как и обычно, безо всяких усилий, подсознательно, взял командование на себя. Посмотрел на подбегающего Бена. Его щеки горели, внушительная грудь вздымалась.

– Она говорит, что Генри спятил, Большой Билл, – пояснил Бен.

– Черт, ты хочешь сказать, что раньше он был в своем уме? – спросил Ричи и сплюнул между зубов.

– За-а-аткнись, Ри-ичи, – бросил Билл и вновь повернулся к Беверли: – Ра-асскажи.