Восемь жизней

Но предположить, где печь или камин, и сбросить туда ком дымящейся пакли он сумеет. Лысый обязательно отреагирует. Приоткрытой форточки, даже узкой щели будет достаточно, чтобы Комбат вынес Алену к катамарану.

Камушек упал в трубу и через секунду отозвался глухим стуком. Обычные вещи — булыжник размером с кулак, не надетая после вынужденного купания майка, шнурок, зажигалка — и дымящийся ком наполнил смрадом комнату, в которой находились Виталий Юрьевич и Алена.

Рублев вжался в стену, перенеся всю опору на ноги, едва помещающиеся на декоративных выступах.

Руки были наготове на случай, если Виталий Юрьевич не решится оставить окно открытым. Так и случилось — растерянный человечек быстро сориентировался и выкатил дымящийся шар прямо на паркет. Затем, обернув его полотенцем, решил избавиться — вышвырнуть в окно. Комбат напряженно следил за силуэтом, различимым через ткань портьеры. Вот он наклоняется, вот движется, неся нечто перед собой. Вот отодвигает занавес и, держа смрадный ком одной рукой, другой поворачивает ручку и двигает раму в сторону… Сейчас важно не упустить ту единственную секунду, в течение которой кисть Виталия Юрьевича будет снаружи.

Движение руки Комбата можно было сравнить с броском кобры, для которого подходит лишь одна характеристика — молниеносно. Доктор еще не понял, что произошло, а уже взвыл от боли. Железные клещи сжали его запястье и, используя предплечье как рычаг, отодвинули раму с бронированным стеклом достаточно, чтобы в комнату ворвался не только свежий весенний воздух.

Коротким точным ударом в солнечное сплетение Рублев продлил болевой шок от вывернутого наружу локтевого сустава. Доктор и крикнуть не успел, только неестественно выдохнул. Борис Иванович оттянул его к креслу и опустил на пол. Звук удара металла о мрамор, слегка приглушенный тканью, подсказал, что в кармане Виталия Юрьевича есть пистолет. Руководствоваться соображениями гуманности Комбат не собирался — он прострелил врачу плечо и ногу ниже колена. От кровопотери не умрет, но и за подмогой не побежит. Оружие Рублев заткнул себе за пояс — на всякий случай.

Алена не реагировала на происходящее. Она лежала на кровати, поверх роскошного мехового пледа, совсем как спящая красавица — бледная, неестественно худая, почти бездыханная. На ней был красивый шелковый халат, из- под него виднелись кружева сорочки. Не слишком подходящая одежда для морского путешествия. Рублев рванул створки дубового шкафа, заглянул внутрь. Там действительно оказались стопки одежды.