Лучшие в Москве! — Изображая кавказский акцент, я продолжил: — Налэтай, покупай! Порадуй деушька! Усмири теща! Наши абрикосы вынудят ваши дети наконец замолчать! Сто рублэй штучка, подороже — кучка!
Подмигнув бабушке, к которой подошла первая покупательница, я рванул к метро, прикидывая, что сделать в первую очередь: позвонить в справочную, привезти товар или искать аптеки.
Пожалуй, в такой последовательности и буду действовать.
Глава 14
Таганка
Недалеко от рынка стояли телефонные автоматы.
— Здравствуйте. Мне нужен номер телефона Шевкета Джемалдинова, проживающего на улице Перовская, номер дома не помню.
— Минутку, — откликнулась оператор, и ненадолго воцарилась тишина.
Если поскрести русского, найдешь татарина.
"Но предположения оказались напрасными: оператор медленно продиктовала номер, который я сразу же записал. Есть! Дед жив, он обитает в Перово! У Наташки и Бориса есть дед!
Я бросил еще монетку и сразу же его набрал, еще не зная, что скажу.
Гудки…
«Здравствуй, дед, я — Павлик, твой внук». Если он ушел к молодухе, у меня может быть куча равновозрастных дядей и тетей.
Гудки…
Трубку может взять его жена и послать меня куда подальше.
Но — гудки. Связь прервалась, и аппарат вернул монетку. Я набрал деда еще раз — безрезультатно. Гудки. Значит, его нет дома, и следует повторить попытку позже. Ругнувшись, я поехал на вокзал за товаром. Как же хорошо быть не навьюченным! Но это ненадолго.
В камере хранения мне вернули тележку и, переложив часть груза в коробку в рюкзаке, я поволок поклажу на рынок. Кравчучка весила килограммов пятнадцать. Да, неудобно, но несравнимо с тем, что было раньше, к тому же в метро в этот час посвободнее, и добрался я без особых проблем.
Прежде чем возвращаться на рынок, поставил кравчучку возле телефонного аппарата. Кинул монетку, позвонил, но дед снова не ответил.