Судя по всему, ему больше ничего и не хотелось, но, как «истинный мужчина», он не желал ударить в грязь лицом и поэтому предпочел свалить все на женщину. — Отдыхай, Настик, лечись. А то с такой спиной декольте тебе не носить…
— А ты что, уходить собираешься? — спросила я, приподнимаясь на локтях и щелкая выключателем торшера.
— Да, сегодня есть еще кое-какие дела. И потом, ты же знаешь, я новую квартиру себе подыскал. Обставлять там все надо, генеральную делать…"
"Он снял со спинки стула рубаху, осторожно встряхнул ее, взяв двумя пальцами за плечи, заботливо почистил ногтем большого пальца помутневшую металлическую клепку.
— А с Ливневой у тебя что? Серьезно? — спросила я напрямик.
Саша несколько удивленно приподнял брови, но посмотрел внимательно и испытующе, совсем как тогда, на остановке.
— Серьезно?.. Я и сам еще не знаю. Возможно, серьезно. А что?
Он был честен, как палач, объявляющий приговоренному, что будет больно.
— Что, она очень хороша как женщина? Лучше меня? Опытнее, наверное?.
— Ну при чем тут это? — Саша почти брезгливо поморщился и присел на край дивана. — Наташа неординарная личность, очень интересный человек… Она ведь, представляешь, сама всего добилась на телевидении, хотя начинала буквально с нуля! Просто пришла на конкурс дикторов. И шанс-то был — один из тысячи. Наташка ведь заикалась в то время…
Похоже, Ледовской собирался живописать мне, все еще лежащей в постели, из которой он только что выпрыгнул, прелесть и очарование зеленоглазой Наташи Ливневой.
— А на Регинку она тоже похожа? — зло выкрикнула я, прекрасно понимая, что сделаю ему больно.
Но он не вздрогнул, не застыл со своими высококачественными итальянскими плавками в руках. Просто пожал плечами:
— Да нет, вряд ли… Хотя, может быть, что-то есть.
Такая реакция решительно не укладывалась у меня в голове. Я, прикусив нижнюю губу, подтянула одеяло к подбородку и на секунду задумалась.
— Настенька, Настенька… — прервал мои размышления Саша.
— И Регинка тоже прошла?
— И Регинка.
— Давно?
— Ну, в общем, достаточно…
— Значит, и историю ты эту тогда рассказал, чтобы меня разжалобить? Прямо мексиканский сериал! И злые родители тебе, и любовь, словно у Ромео и Джульетты, и потерянный ребенок, и монастырь… Что еще нужно!
— Ты только не передергивай, да! — Саша нахмурился. Правда, всего лишь на секунду.