Второй попытался ударить меня в лицо, но я легко отклонился и подсёк его ноги. Парень свалился на землю, а я тут же прижал его к земле, заломив ему руку сразу выводя на болевой, чтобы он не дергался.
Сколько раз я сам так оказывался на земле, когда дядя Эд меня обучал этим приемам — и не счесть.
— Думаю, это не то, чем ты хотел закончить этот день, — сказал я с лёгкой усмешкой, глядя на его перекошенное лицо."
"Левински уже разделался с заводилой, ударив его в челюсть. Тот свалился на землю, теряя сознание.
— Эй, магию не используй! — крикнул Левински, заметив, как я начал концентрировать ману.
Я остановился. Точно, магия здесь была запрещена без приказа. Это правило было в своде, по которому я пробежал глазами во время поездки. Но в пылу драки я чуть не забыл об этом.
Мы уложили всех четверых на землю, и собирались уйти, когда услышали громкий, резкий голос.
— Что здесь происходит⁈
Мы обернулись. К нам быстрым шагом приближался мужчина в форме старшего офицера. Его лицо было очень раздраженным. Он остановился перед нами, окинув взглядом лежащих на земле парней.
— Опять вы? — устало вздохнул офицер, глядя на того, кто, собственно, и начал этот конфликт. — Сколько раз я вам говорил, что это не место для ваших разборок⁈ Вы снова нарываетесь на наряды!
Заводила и его приятели, потихоньку поднимаясь с земли, виновато опустили головы.
— А вы, новенькие, — сказал он, глядя на меня и Левински, — получаете выговор. Поскольку это ваш первый день, ограничимся им. Но в следующий раз будете на нарядах вместе с ними.
Я кивнул, стараясь не показывать раздражения. Глупо было ожидать другого исхода, учитывая, что мы только что уложили четверых человек на землю. С другой стороны, и сильнее нас наказывать не стали, что тоже неплохо.
— Куда вас определили по документам?
— Меня на склад, — ответил я, протягивая ему документы.
Офицер пробежался глазами по строчкам и кивнул.
— А ты, — обернулся он к Левински, — надеюсь, на кухню? У них там не хватает пары рук.
— Так точно! — выпрямил спину Ярослав.
— Так чего стоим тогда? Живо за работу!
Мы с Ярославом переглянулись. Его лицо выражало явное недовольство, но он лишь кивнул, не сказав ни слова.