— Он был единственным, кто понимал меня, — шмыгнула носом Камери, отстраняясь, — единственным…
Она схватилась пальцами за виски, издавая протяжный стон.
— Что с тобой?! — всполошилась я, вскакивая с лавки и придерживая за плечи едва не упавшую на землю магиану.
— Сейчас пройдет, — шептала как мантру Камери.
Не стала ее слушать. Здесь явно было нечто большее, чем просто боль. Открыла портал в лекарское крыло и, не обращая внимания на сопротивление девушки, втащила ее внутрь, сразу попадая под прицел глаз целителя.
— Ей нужна помощь, — затараторила я, отступая в сторону, когда мужчина в белом одеянии подхватил магиану и помог ей лечь на кушетку.
— Да уже почти прошло, — противилась она, что было еще страннее.
Целитель, не слушая лепета Камери, погрузил ее в целебный сон и запустил по ней магическую проверку, хмурясь.
— Что там? — не выдержала я.
— Да ничего серьезного, — пожал он плечами. — Ускоренное сердцебиение, немного изможденный организм, и, я бы сказал, что психологическое истощение. Ее словно что-то сильно мучает…
— Папа у нее умер сегодня ночью, — тихо прошептала я, стоя за спиной мужчины.
— Понятно тогда, — печально вздохнул он, наблюдая, как Камери тихо сопит, лежа на кушетке. Лишь ее веки нервно вздрагивали, грозясь распахнуться и вырваться из целебного сна. — Родители не вечны, — покачал он головой. — Пока пусть здесь побудет. В идеале, конечно, на всю ночь, но ей, скорее всего, нужно будет отпрашиваться у ректора, чтобы присутствовать на похоронах.
Грустно обвела взглядом Камери, кивая и удаляясь из целебного крыла, выходя возле общежития боевиков.
— Ты погляди, наша победительница явилась, — раздалось едкое сбоку.
Даже смотреть в сторону говорившего не стала, прекрасно зная, кто именно там скалится и плюется ядом. Те двое старшекурсников, которых я поставила на место в спарринге.
Прошла мимо этой парочки, занося ногу для шага, как спину прострелила адская боль, отчего я едва не рухнула на пол.
— Вот тебе и боевик! — выплюнул мерзкий голос за спиной. — Ты всегда должна ждать удара, это наш девиз, милочка!
— «Я — дебил!» — вот твой девиз! — злобно зашипела, разворачиваясь и едва успевая отклониться от еще одного пульсара, который летел мне в лицо.
— Ты опозорила нас! — взревел боевик. — Выставила идиотами!
— Я лишь показал вашу сущность, — скривилась я, — не более! И то, что вы сейчас нападете вдвоем на девушку, лишь подтверждает мои слова!
Как на зло двор перед общежитием пустовал.