– Объяснись, пожалуйста, в чем дело?
– А в том, – завопил Глеб, – что желаю иметь свою жену дома, на кухне, возле плиты! Нечего ей на чужих дачах прохлаждаться! В корзине белья грязного навалом, ни одной чистой рубашки нет! Повыпендривалась немного, и хватит! Пора и честь знать! Где ты ее прячешь, пусть выходит!
– Никого я не прячу, – улыбнулась я, – кстати, хочешь совет?
– Обойдусь как-нибудь, – буркнул Глеб, – зови Марго.
– Все же выслушай меня.
– Ну? – набычился Вяземский.
– Купи стиральную машину-автомат, – усмехнулась я, – сейчас их полно, самых разных модификаций, сунешь рубашки, и дело с концом! Зачем тебе Марго, а? Сам справишься."
"Глеб уставился на меня злыми глазами, потом прищурился:
– Хватит идиотничать! У меня в квартире бардак! Давно пора убрать!
– Бардак у тебя, – не сдалась я, – а зовешь Марго. Сам и пропылесось! Зачем ей у тебя убираться?
Глеб сначала опешил, но потом разозлился окончательно и прошипел:
– Будет издеваться! Немедленно веди сюда Марго! Можешь сказать, что я ее простил.
– Ты? Простил ее? За какие грехи?
– Она ушла из дома! Бросила меня!
– После того как ты завел любовницу!
Глеб вскочил и забегал по комнате.
– А, вот, значит, как она живописала всем ситуацию! Бедная, несчастная дама, муж которой изменяет ей направо и налево!
– Разве не так, – бросилась я в атаку, – или ты не крутил шашни с молоденькой профурсеткой?
Вяземский остановился, словно налетел на преграду, помолчал пару секунд, а потом ринулся в бой:
– Да! Да! Да! Я изменил этой старой корове, которая по три дня ходит в одних трусах.
– А что в нем плохого? Сама иногда гляжу, мне нравится Джордж Клуни.
– Это сериал для убогих, лишенных головного мозга!
– Ладно, – кивнула я, – согласна с тобой целиком и полностью! Марго отвратительная, не следящая за собой толстуха!
– Глупая и истеричная.