— Полковник, тебя сейчас беспокоит именно этот вопрос?! — Это крикнул уже я. — Лучше придумай как нам от него избавиться!
— Долгорукая как, справится с бронетехникой? Это же она сейчас прикрывает женщин?
— Она! И я не знаю справится ли! Лазеры в принципе должны со второго или третьего раза пробить броню танка, но…
И тут к нашей неожиданности на танк приземлилась «Эгида». Галилео схватился за ствол танка и дёрнул его вверх с такой силой, что башня танка оторвалась от остальной части бронемашины. Но ИИ это показалось мало, так что он, этой же башней, врезал по танку.
— Кусок бесполезного железа, — прокомментировал Галилео, что он только что сделал. Видимо думал, что это будет звучать и выглядеть достаточно пафосно. Но тут подошёл я со спины и пнул собственную броню в спину благодаря чему весь пафос сошёл на нет.
— Хернёй страдать будешь потом! — Сказал я.
— Такой момент обломали, — сказал Галилео.
А защитные элементы «Эгиды» в этот момент расходились в стороны, чтобы я сумел залезть внутрь. Стоило облачиться в броню как я сразу же почувствовал себя на порядок лучше! Теперь уже не боязно за свою жизнь и можно без колебаний заняться уничтожением противника.
— Окей, let’s dance! — Сказал я, достав клинок из ножен.
* * *"
"— Шевелите булками! — Кричал Багратионов ведя за собой несколько отрядов вооружённых бойцов.
Глава Бюро откровенно нервничал. Они и так прозевали появление почти полноценной армии в городе. Куда хуже, что большая часть вражеских бойцов сейчас осаждала военную базу, где был Романов. Оставшиеся силы противника убивали гражданских и не давали им добраться до базы. Ещё с ним связался Шоков и сообщил препоганейшие новости: каким-то образом никто на территории базы не мог колдовать.
Когда казалось, что ситуация дерьмо и они уже точно не успеют спасти Романова, появилась девушка в какой-то крутой броне, раскидала противников и повела их к базе продолжая поддерживать прорыв через линии обороны врага.
И вот они наконец-то добрались до базы Защитников! Багратионов уже готовился к сражению с превосходящими силами противника, но… Уже не осталось тех, с кем надо было сражаться.