Но сейчас, в минуту сильнейшего напряжения, я сумела расслышать ее слова:
— Ты сам попросил, чтобы колдунья сделала так, чтобы она стала твоей. Так вот, сегодня же генерал сам от нее откажется, и она никому не будет нужна! Ей ничего не останется, кроме как отправиться с вами в Кахет или в монастырь. А я уверена, эта хитрая тварь выберет вас. — И тут же громко, чтобы услышали все, ответила на мой вопрос: — А что тебе дали? То же самое, что и всем — попробовать конфеты, — и на ее губах появилась воистину змеиная улыбка.
Я же ощутила, как наливается жаром тело и заныло внизу живота. Я судорожно втянула ртом воздух. Это не укрылось от взгляда принца, и он сжал руку Азиры еще сильней:
— Что с ней происходит? — прошипел он сквозь зубы.
— Скоро узнаете, мой принц, — рассмеялась ему в лицо женщина. — Вам понравится. Зачем вам дети от снулой северянки?
— Эмма, что с тобой? — заметила мое состояние Эльна. — Тебе плохо?
— Да, — прохрипела я, делая усилие, чтобы не согнуться пополам от боли в животе.
В этот момент в гостиную вошел слуга, хотел объявить нового гостя, но его бесцеремонно отодвинули, и в комнату быстрым шагом вошел генерал. Он увидел меня и глаза его расширились — видимо, я побелела, как полотно. По крайней мере, мне так казалось.
— Эмма! — он бросился ко мне, встал на колено и взял мою руку.
«Поздно, мой генерал. Ты не успел», — пронеслось у меня в голове.
— Серж, — уже прошептала я. — Мартина. Позови Мартину… — и, не сдержавшись, застонала, заваливаясь боком на диван, не в силах терпеть боль.
— Эмма больна?! — сквозь шум в ушах услышала я визгливый возглас Азиры. — Чем она больна?! Это не заразно?! Ваше высочество, вы обязаны сейчас же увести меня отсюда! А вдруг у нее оспа?!
Тут же вокруг загудели, загалдели, зашумели отодвигающиеся стулья, и только прохладная рука Сержа, крепко сжимавшего мои пальцы, не давала окончательно потерять самообладание.
Меня отравили. На виду у всех.
Как смешно и банально. И как больно. Как же больно…
Глава 22
Генерал Серж эн Даркен
Мужчина вышагивал по комнате, в которой остались только мачеха и отец Эммы. В кармане его кителя лежала странная, полная тревоги записка девушки, и жгла ему грудь. Он не успел! Она его звала на помощь, а он не успел."
"Прочитав записку, он удивился, даже подумал поначалу, что это очередные бабские уловки, но потом опомнился.