- Иванцов, начальник штаба, генерал Тарасов остались, остальным покинуть помещение! – не повернув головы, громко произнёс Эльбрус.
Когда практически все присутствующие, толкаясь, оставили генералов наедине, Шаталов стал буквально сверлить глазами Каскада.
- Иванцов! Я не для того рекомендовал тебя на должность командующего армией, не для того ходатайствовал за присвоение тебе генеральских званий, чтобы ты сейчас рассказывал мне сказки о своей «неуверенности» и потере армией боеспособности в течение четырёх недель! – Эльбрус практически не повышал голоса, но его слова в замкнутом помещении были сродни молниям громовержца.
- Так точно, товарищ генерал-полковник, - ответил Иванцов, - понимаю.
- Да ничего ты не понимаешь! – было видно, что Эльбрус едва сдерживается, чтобы не начать орать. – От исхода этой операции зависит успех всей кампании! Взятие Лихоманска определяет дальнейшие перспективы войны, а, следовательно, достижения всех военно-политических целей, поставленных Верховным! Ты понимаешь, что в предстоящей битве будет решаться, не побоюсь этого слова, судьба страны?
- Понимаю, товарищ генерал-полковник, - кивнул Каскад.
- А если понимаешь, - Эльбрус приблизился настолько близко к своему подчинённому, что Иванцов невольно постарался отодвинуться, чему мешала стена, на которой висела карта с обстановкой, - тогда не надо мне тут говорить про потерю боеспособности! Тебя обеспечили огромными ресурсами, предоставили снаряды, людей, топливо, а ты – «не уверен»!
- Товарищ генерал-полковник, - Каскад сжал кулаки, прежде, чем приступить к активной обороне, - я вам не с пустого места докладываю! Всё это обосновано расчётами, которые мы с начальником штаба перепроверили несколько раз! Я, как командующий объединением, обязан доложить вам о неготовности вверенных мне частей и соединений успешно решить задачи, определённые оперативной директивой.
- Он ещё и кулаки сжал! – возмущённо воскликнул Эльбрус.
- Да, товарищ генерал-полковник, мне дали танки, пушки, снаряды! – сказал Каскад. – Но они сейчас не определяют перевес в сражении!
- Неужели? – Эльбрус вскинул брови. – Вчера определяли, а сегодня уже нет?
На несколько секунд повисла напряжённая тишина.
- Обоснуйте ваше заявление, - вдруг вмешался генерал-лейтенант, прибывший вместе с командующим.
Эльбрус, услышав предложение коллеги, своим молчанием словно дал согласие.