«Преступниками» люди становились без суда, но «наказание» несли более чем жестокое, и зачастую более чем несправедливое.
Впрочем, Зверь не рассуждал настолько глубоко, ибо профессионально потянуть такие обязанности могут только люди с низким уровнем социального развития, не способным дать своему носителю то святое, что движет миром на земле. Но сейчас Зверь наслаждался своим положением ещё и потому, что до войны он был никем, а на войне ему дали возможность стать для «штормов» настоящим полубогом. Во времена тяжёлых испытаний, такие, как Зверь, принося горе конкретным людям, тем не менее, остаются нужны всей военной системе.
Но пока он стоял перед будущими штурмовиками в роли командира, а они – перед ним – в роли подчинённых.
- Мне совершенно безразлично, кем вы были до поступления в отряд, - Зверь намеренно повышал голос не столько для того, чтобы его все слышали, а сколько для того, чтобы услышавшие почувствовали железо в его голосе: - Здесь вы все будете штурмовиками. Косые, больные и зависимые – всем найдётся место в боевом строю. Самые тупые станут одноразовыми сапёрами – это тоже почётная миссия – идти впереди всех! Самые толковые будут назначены командирами штурмовых групп.
Зверь остановился напротив Зенита – молодого командира группы беспилотных разведчиков. Парень был чуть не в меру упитан, что, видимо, не мешало ему летать на всех видах БпЛА.
- Ты что такой жирный? – улыбаясь, спросил Зверь. – Тебе же не удобно будет по окопам бегать!
- Вы какой ответ хотите услышать? – спросил интеллигентный Зенит. – Что отожрался на тыловых харчах?"
"- А ты ещё и дерзкий, - Зверь на всякий случай сделал шаг назад. – Дерзость свою немцам показывать будешь.
- А я показывал, - сказал Зенит. – Пока к вам не попал. У вас сколько орденов? Нисколько, судя по всему… а у меня три. За каждую сотню убитых немцев.