Даже когда они рядом, мне кажется, что я разгуливаю голышом по комнате, полной людей.
У меня чешется затылок, когда я делаю глоток разбавленного напитка, который вручил мне Дэн. Я знаю, что он наблюдает за мной.
По пути внутрь я мельком увидела Леви, хотя и отказывалась смотреть в его сторону.
Если я посмотрю, не думаю, что смогу сохранить этот фасад. Не думаю, что смогу продолжать свое сильное выступление.
Я на мгновение закрываю глаза и делаю глубокий вдох. Я не позволю Леви Кингу испортить мне эту ночь.
Я уже не та Астрид, которая сдавалась каждый раз, когда он прикасался ко мне.
На этот раз я отшвырну его на глазах у всех.
Мы с Заком говорим о конференции, на которой он будет присутствовать на следующей неделе, когда между нами врывается бык.
Джерри Хантингтон. Сын судьи, с которым дрался Леви."
"Он покачивается на ногах, уже пьян, а вечеринка только началась.
— Чего тебе? — спрашиваю я.
— То же самое, чего все здесь хотят, но боятся спросить, — он облизывает губы, поворачиваясь в мою сторону.
Зак бросается вперед, но я опережаю его.
Я с такой силой врезаю кулаком в лицо Джерри, что костяшки пальцев взрываются от боли.
Он отступает, качая головой, и я снова бью его.
— Еще раз так заговори со мной, и я испорчу тебе лицо.
Он рычит и бросается на меня. Люди собираются вокруг нас, задыхаясь. Я стою на своем, готовая высказать ему все, что думаю.
Дэниел врезается плечом в Джерри, толкая его на пол. Ксандер и какой-то другой игрок футбольной команды вытаскивают Джерри на улицу, пока он изрыгает ненормативную лексику.
Я поднимаю подбородок и показываю ему средний палец.
— Это было круто.
Зак поднимает бровь.
Адреналин пузырится в моих венах, как доза наркотика.
— Я хочу ударить еще несколько человек.
Он смеется, протягивая мне руку.
— Как насчет танца вместо этого?
Whatever it Takes — Imagine Dragons начинает играть, и я вскакиваю, беря его за руку.
Обнимая его за шею, мы смеемся и хихикаем, дурачась на танцполе.
Зак кружит меня и снова заключает в объятия.
— Все всегда пялятся на тебя? — спрашивает он, когда мы переходим на более медленный темп.
— Только когда я становлюсь посмешищем в школе.
Я пытаюсь скрыть горечь в тоне.
— Ну, они что-то упускают. — его дыхание щекочет мне ухо, и я не могу сдержать хихиканье, которое ускользает от меня. — Знаешь… — начинает он. — Я всегда был влюблен в тебя, Астрид Клиффорд.
— Т-ты был?
— Да.