Злодейский путь!.. [том 9]

— Почему он так поступил?

— Была найдена записка, в которой он признавался в измене. Там говорилось, что он всегда верно служил покойному императору и так и не смог смириться, что новый император (долгих лет его жизни) изменил политический курс. Он готовил заговор и был раскрыт господином Бай, начальником городской стражи, и вынужден так поступить, чтобы его семью не убили вслед за ним.

— Господин Жоу тогда работал в магистрате?

— Нет, он прибыл после.

Ю Си задумчиво постучал указательным пальцем по столу.

— Вы здесь из-за той давней истории? — решился уточнить секретарь Лу.

— У вас осталась та записка?

— Дело должно храниться в архиве. Записка тоже будет там.

— Тогда найдите все материалы дела для меня.

— Да, ваше превосходительство! — подскочил и склонился в поклоне секретарь, в тайне радуясь, что, наконец, может сбежать.

— Постойте."

"Секретарь Лу замер и, развернувшись, вновь склонился в поклоне, согнув спину и выставив руки перед собой.

— Где живет семья магистрата Чи?

— Его семья… — неуверенно протянул секретарь.

— Они больше не живут здесь? Я помню, у магистрата Чи был сын. Сейчас ему должно быть около семнадцати. Они с матерью уехали?

— Его жена… Она повесилась, не выдержав позора. А сын и малолетняя дочь — исчезли.

Ю Си молча смотрел на него.

— Исчезли? — возмущенно переспросил Гу Фен. — Как двое детей могут просто исчезнуть?

— Господин, не гневайтесь, я говорю лишь то, что знаю. Дети пропали — и никто не знает, куда они делись.

— Где жил магистрат Чи? — уточнил Ю Си, поднимаясь из-за стола, и тем самым пугая секретаря до дрожи.

— В конце восточной улицы. Вы его не пропустите. Его дом так и стоит опечатанным, никто с тех пор туда не заходил. Поговаривают, там водятся привидения.

— Хорошо. Благодарю за помощь, секретарь Лу. Вы производите впечатление умного человека. Думаю, вам не стоит прозябать на такой низкой должности. Вернувшись в столицу, я расскажу о ваших заслугах императору.

Секретарь Лу, до этого трясущийся от любого резкого движения командующего, с потрясенным восхищением взглянул на него.

Он пытался выдавить слова благодарности, но губы, сложенные в улыбку, отказывались приходить в движение.