Я позволял ей устроиться поудобнее, а затем выдергивал из-под нее коврик, как только она устраивалась.
Потом она полностью исчезла с моего радара.
Полгода я искал ее, и она все время была у меня под носом. Я смотрю на нее, растянувшуюся на кожаном заднем сиденье. Ее короткие светлые волосы ниспадают на ее лицо, глаза мирно закрыты, а рот слегка приоткрыт. Она выглядит такой невинной, что мне почти становится стыдно за то, что я собираюсь сделать.
Почти.
Эвалин ЛаМонтань не знает зверя, которого она разбудила во мне.
Нам не понадобится много времени, чтобы добраться до небольшой частной взлетно-посадочной полосы, где ждет мой A330neo, заправленный и готовый.
— Сэр, — пилот уважительно наклоняет голову, пока я несу Эвалин вверх по ступенькам в просторную кабину. Это один из самых больших самолетов, принадлежащих Суверенному Братству. Почти тысяча квадратных футов, с полностью оборудованной кухней и баром, а также главной спальней сзади. Я не часто его вынимаю.
— Могу ли я предложить вам что-нибудь выпить, сэр? — Майя, — спрашивает стюардесса после того, как я усаживаюсь на свое место, и на ее слишком накрашенном лице красуется широкая красная улыбка.
Кензо-младшего не волновал вид ни одной женщины с тех пор, как его оставили у алтаря три года назад. Судя по всему, единственная женщина, которую он хочет, — это сбежавшая невеста. Меня это чертовски раздражает.
Вот только я не хочу никого из них. Единственная женщина, которую я хочу, — это Эвелин, и я сделаю все, чтобы она была у меня. Даже если для этого придется приставить пистолет к ее голове, пока она произносит свои клятвы перед церковью, полной свидетелей.
Не факт, что до этого дойдет.