Это была подписка о неразглашении. Если он когда-нибудь обнародует то, что узнал во время работы в ARAC, концерн имеет право возбудить против него многомиллионный иск за разглашение конфиденциальной информации. Если он это подпишет, то никогда и никому не сможет рассказать о проекте «Горячие источники»: как и всем остальным, ему придётся держать язык за зубами.
– Подпиши, и ты сможешь вернуться, как если бы ничего не произошло, – тихо сказал Тим. – Тогда ты по-прежнему будешь одним из наших дайверов.
– Через неделю или две мы, может, снова откроем «Бентос II», – добавила Фабьенн Роджерс. – Всё будет как прежде.
Больше всего Леону хотелось зажать уши, закрыть голову руками. Он тосковал по прохладной спокойной глубине. Прочь из этой комнаты, от этого хаоса в голове и сердце!
«Станешь обычным мальчиком в какой-нибудь сухопутной школе…»
«По-прежнему будешь одним из наших дайверов… Не одним из, а лучшим…»
«Снова откроем “Бентос II”… Всё будет как прежде…»
Ему надо подумать.
– Где Люси?
– Как ты узнал о проекте «Горячие источники»?
– Где ты её спрятал?
– Как…
– Где…
Леон закрыл глаза.
Не до сна
Эллин рылась в большой парусиновой сумке со старыми окси-скинами:
– Захвати с собой побольше снаряжения. Кое-что из этого старья ещё может сгодиться.
"Видимо, шхуна Джоны действительно находилась поблизости: уже через полчаса Карима сидела на передней половине доски для сёрфинга, а за ней мускулистый парень по имени Таммо грёб обеими руками.
Карима и ноу-ком вскарабкались босиком по верёвочной лестнице на чёрный борт. Пожилой лысый мужчина в жёлтой кепке, представившийся Джоной Симмондсом, помог им перетащить на шхуну вещи. Гладя рыжего полосатого кота, он, прищурившись, разглядывал Кариму.