Впрочем, уже к вечеру она убедилась, что судья Кузнецова не бросает слов на ветер. Вернувшись после двенадцатичасовой смены домой, Варя налила себе чаю и бездумно уставилась в окно. Вот такой теперь и будет вся ее оставшаяся жизнь. Одинокие вечера, вот что ее ждет в огромном загородном доме. Совершенно ненужном для одного человека.
В этот момент ей позвонила Натка, младшая сестра Лены.
– Слушай, Варь, у меня к тебе просьба, – деловито начала она. – Мне нужна твоя помощь.
– Слушаю, – вяло откликнулась Варя.
– У моей Асеньки начались занятия в школе Юлика Клипмана. Кстати, ты слышала про Юлика? Это совершенно гениальный продюсер, который открывает будущих звезд кино. У него такая миссия, понимаешь? Он с родителей не берет ни копейки, все занятия совершенно бесплатны, потому что он реально ищет таланты.
– Бесплатно? А за чей счет банкет? – удивилась Варя. Конечно же она о нем слышала, к тому же она его лично знала: он ее клиент в клинике. Натка напрочь забыла, что Варя ей об этом сама как-то рассказывала.
– Спонсорский. Клипман ищет людей, обладающих деньгами, и уговаривает их вложиться в свой будущий проект. Я, кстати, хочу предложить Миронову инвестировать туда деньги. Уверена, за этим будущее.
– Наташа, если ты хочешь, чтобы я помогла тебе уговорить Виталия, то ты ошиблась адресом.
– Да Лена меня и слушать не станет. У нее в производстве иск к Клипману, который подал как раз один из спонсоров. Так что моя сестра в этот раз в другом лагере. Но попросить я тебя хотела, разумеется, не об этом.
– А о чем?
– Ты не могла бы возить Асю на занятия, хотя бы пару раз в неделю? Я все дела позабросила с этой школой. Сенька на свои съемки сам ездит, а Асю надо возить, и я уже совершенно измучилась.
Все понятно. Елена Кузнецова, поняв, насколько Варваре грустно и одиноко, решила переключить ее внимание с одного ребенка на другого. Вместо годовалого Мишки ей предлагали позаниматься с пятилетней Настей, которую сейчас требовалось звать Асей. Что ж, Елена умело отводит Варвару подальше от своей семьи, и ее можно понять.
Варя тяжело вздохнула.
– Я готова помочь, – сказала она с горечью.