Я высунула голову из-за дверцы шкафа, едва не зарычав.
– Пап, ты мне не доверяешь? Я тут вполне неплохо справляюсь в
одиночку.
На мгновение эти слова мне самой показались ложью.
Воспоминания о событиях прошлой ночи – сначала Кейси, потом драка
– накатили на меня с такой силой, что захотелось по чему-нибудь
ударить.
– Я тебе доверяю безоговорочно… А бабушка – нет. – Он засмеялся.
– Она просто волнуется, что ты тут сама по себе, поэтому решила
приехать на несколько дней или, может, на неделю, и помочь.
еще несовершеннолетняя, в конце концов. Бабушка насмотрелась
всяких шоу про то, как подростки попадают в сексуальное рабство, она
беспокоится.
Папа и бабушка были против того, чтобы я фактически жила
самостоятельно в течение трех месяцев, но мое нежелание менять
школу в итоге победило.
Натянув узкие джинсы, затем обтягивающую фиолетовую футболку с
длинными рукавами, я закрыла шкаф, и ответила, вздохнув:
– Пусть приезжает, если ей от этого станет спокойней, но, как
видишь, со мной все в порядке.
– Я не уверен, законно ли вообще оставлять тебя одну. Ты же ничего
не натворила?
Он смотрел на меня, прищурившись, пока я обувала черные
балетки. Папа спокойно относился ко многим вещам, но то, что ему
приходилось воспитывать меня, находясь в Германии, иногда сводило
его с ума. За прошедшие две недели мы созванивались уже в седьмой
раз. Это просто невероятное достижение, учитывая разницу во
времени.
– Конечно, ничего.
Если то, как я выскочила из дома, практически намереваясь
пристрелить двоих подозрительных типов, можно назвать ""ничего не
натворила""… – И через пару недель мне исполнится восемнадцать.
Меня уже с натяжкой можно назвать несовершеннолетней.
– Знаю. – Папа утомленно вздохнул. – Ладно, беги. Только
постарайся быть дома к ужину, чтобы встретить бабушку.
– Есть, сэр. Я тебе завтра утром позвоню. Идет?
– Договорились.
После этого он отключился.
***
Работая в лаборатории, я продержалась на батончике-мюсли и
баночке сока, которые захватила с собой из дома, но к первому уроку
желудок начало сводить от голода. К тому же Кейси так и не
объявилась, даже не написала, поэтому, пребывая в отвратительном
настроении, я решила сходить к автомату с едой, пока не прозвенел
звонок.
Мысли разбегались во все стороны нынешним утром.