До экзамена осталось совсем мало времени.
Снова кольнула тревога. Я понимала, что не успеваю… Мне не сравниться с теми, кто пользуется крыльями хотя бы несколько месяцев.
«Я всем покажу!» — хвастливо заявила моя вторая сущность. Но я таким самомнением не обладала.
Арстан разжал руки, и я первой покинула наше укрытие. Он выскользнул селдом, бдительно озираясь. По предгорьям гулял ветер, пробирался под форменный мундир. Но пока что меня грела метка дракона. Кожа перестала гореть, но след магии куратора по-прежнему был со мной.
Генерал первым повернул к убежищу и сообщил:
— Мирлан часто наведывается к своему приятелю Левенту. Отправлю наблюдателя в Пятый коготь. Попробуем подловить Хайлуна. А ты пока займешься артефактом.
Я кивнула и последовала за ним.
В пещере нас ждали расстеленные одеяла, тепло от жаровни и незамысловатый ужин — вяленое мясо, сыр, подогретый хлеб. Я с жадностью принялась за ужин — требовалось восполнить силы, потраченные на полет. Пока адепты жевали, Рилун распределил ночной караул.
Тут я заметила, что Дэмин, который сидел рядом, как-то излишне внимательно на меня смотрит.
— Что? — напряглась я.
Он шумно втянул носом воздух и безмятежно улыбнулся:
— Нет, ничего. Все в порядке, Паола. Смотрю что твоя драконица подросла.
С этими словами он повернулся к сестре. А я вдруг осознала, что после объятий генерала на мне мог остаться его запах… Неужели Дэмин заметил?
Но остаток вечера парень не обращал на меня внимания. В закутке пещеры бил теплый источник, и я снова попыталась оттереть руны.
Спать пришлось лечь в противоположном углу от генерала, у стены. С другой стороны сопела Дэйю. Несмотря на усталость, я долго не могла уснуть. Понял Дэмин что-то или нет?
На заготовку мне понадобилось не три дня, а все пять. Рилун совсем не жалел адептов и, пользуясь случаем, строгал из нас первоклассных воинов. Мы много времени проводили в воздухе.
Если у Дэмина и появились какие-то догадки, то парень этого не показывал и вел себя как обычно. Скоро я и сама выбросила из головы тот вечер. После дня, полного опасностей и тревог, приходилось выжимать из себя последние силы, чтобы создавать заготовку. Огненных линий внутри камня с каждым днем становилось больше.