Я вспомнила не по учёбе, — залепетала девушка, мгновенно.
Ой, не умеет она врать! Пропадёт без нас. Придётся брать под своё крыло и учить, иначе в высшем серпентарии ей не выжить.
— Зоя! — прикрикнул мужчина, и та тут же выпрямилась, сделала глубокий вздох, начала рассказ: — У нас на островах до сих пор живут тёмные ведьмы. По слухам, некоторые из них в прошлом прислуживали самим фуриям.
Девушка прокашлялась, помялась, ещё раз посмотрела на нас с Корди.
— Дальше. Говори живее, занятие не резиновое, — поторопил её подозрительно взволнованный Ожегофф.
— Фурии отдавали им часть своей силы, наполняя вены чёрной кровью и этим дарили силу, молодость и долголетие, но при необходимости могли использовать их как марионеток. У нас так говорят.
— Ясное дело, что не у нас, Зоя! — недовольно сказал профессор. — И что там с чёрной кровью?
— Кто-то говорил, что это особое проклятье, кто-то — что дар. Но долголетие не равно бессмертию, и они начали одна за другой уходить в океан.
— Все кругом говорят, одна Зоя не говорит, — Ожегофф в страшном раздражении всплеснул руками.
— … они жили отдельно не из–за того, что не любили людей или те часто обращались к ним, — выдавила из себя леди Форсайт продолжение, — а потому что от них шёл нестерпимый замах, напоминающий… — девушка откашлялась и продолжила, бросив на меня взгляд: — напоминающий запах разлагающейся плоти.
— Спасибо, Зоя, — удовлетворённо выдохнул мужчина, сразу успокаиваясь. — Отдельное спасибо за то, что не дала нам всем окончательно состариться за время твоего ответа. Идите наверх, девочки. Итак, тёмная магия уникальна и имеет свои особенности. Всё то, что рассказали Корделия с Сереной — почти всё тоже правда, но сейчас менее интересно.
Скажем откровенно, мы уже удивлены. Неужели королева Изольда так поиздевалась над сыном?!
Нет, я всё понимаю, но собственный ребёнок! Единственный! Долгожданный! По слухам, их величества что только не делали, чтобы зачать дитя.