— Добрый день, студенты! Садитесь! Начнём занятие! Зоя, что за художества? Выйди и приведи себя в порядок, — сходу заметил безобразие высокий, мощный и весьма симпатичный преподаватель. Невероятной красоты пепельные волосы, чёрные брови, ещё и серо–серебристые глаза, которые сразу выдавали в нём родословную. Родственник монарха!
Я напрягла память, мысленно прогуливаясь по картинной галерее дворца. Знакомое лицо. Помню картину в человеческий рост, где похожий мужчина, только постарше. Граф Ожегофф, Северные Земли! А это, выходит, его сын.
— Это не я! — обиженно завопила леди Форсайт, подскакивая.
— Ты — лучшая среди девушек второго курса, Зоя. Если допустила подобное, сама виновата. Не предусмотрела, не додумала, не защитилась, — отчитал её преподаватель резко. И на дверь кивнул, сурово сдвинув брови.
— Была лучшей, — прошептала Бри, подмигнув нам с Таяной.
— Самонадеянно, Бриджит! — резко окрикнул нас красавец–мужчина. — Самонадеянно и весьма глупо думать, что в полном классе боевых магов и некромантов тебя может кто–то не услышать.
Он отчитывал и отчитывал, припечатывал каждым словом, клеймил, обжигал ледяной яростью, злостью, мужской снисходительностью.
Когда голос преподавателя стих, с видом царицы поднялась Таяна, стоически выдержала стальной взгляд преподавателя, дождалась разрешения говорить.
— Мы прекрасно отдаём себе отчёт в том, куда попали и как нам следует себя вести.
Зоя вернулась как раз в момент обмена взглядами нашей «невесты ректора» и преподавателя, чьё имя мы до сих пор не услышали. Это ладно, я такая памятливая. И её вспыхнувшие тёмным огнём глаза сказали больше, чем все предыдущие поступки.