А в руках бабы пистолет или в руках самого капитана, он стреляет одинаково.
– Ладно. Забудем. Сейчас я приглашу человека. Он даст вам задание. Серьезный человек... Здесь прокол будет стоить жизни. И вам, и мне, и еще многим серьезным людям...
Некоторое время помощники молча соображали, Али ждал реакции.
– Сделаем, – наконец сказал Муса.
Али набрал номер.
– Они пришли.
– И я иду...
Дверь потайного хода начала открываться почти сразу после этих слов. Руслан стоял за ней. Может быть, слышал разговор? Это плохо.
Муса с Галиахметом тоже узнали Руслана. Глаза расширились. Удивились дерзости – появиться в Москве, когда тебя в Чечне ловят! Это не может не вызвать восторга в не слишком умных головах. И подтянулись, как солдаты перед генералом. Для них он, пожалуй, больший авторитет, чем Али.
"Салдуев осмотрел боевиков Али молча, сверху донизу. Оценивал внешний вид. У него, должно быть, какие-то свои критерии оценки.
– Это и есть лучшие твои парни?
– Лучше у меня нет. И самые надежные. Им доверять можешь, как мне.
Руслан как-то нехорошо хмыкнул под нос, и непонятно стало, то ли он Али не доверяет, то ли чем-то не понравились ему Муса с Галиахметом.
В ответ на это, чтобы не стоять перед Русланом точно в том же виде, как киллеры, Али прошел за стол и сел, развалившись в вертящемся кресле. И даже стал слегка поигрывать, поворачиваясь из стороны в сторону. Надо показать свою независимость. Не только перед Русланом. Это не самое главное. Главное, чтобы лучшие помощники видели, что Али и Руслан – люди равные. Может быть, Али даже посильнее, потому что он помогает Руслану, а не Руслан помогает Али.
– Ладно, – наконец и Салдуев сел в кресло. В мягкое. Сел спокойно, держит себя величественно. – Дело, в общем-то, простое... Есть девчонка. Ее надо подкараулить на улице, затащить в машину ко мне и поставить укол в вену. А там я уже сам поговорю с ней. После укола... Справитесь?
Али из-за своего стола хмыкнул точно так же, как недавно хмыкал Руслан.
– Сколько лет девчонке?
– Кажется, семнадцать или четырнадцать...