— О чем вы вообще говорите?
— Истинную. Забыл ее.
— Причем тут она? — я увидела тонкую руку Скар, когда она ею качнула. — Сейчас разговор о другом. Вернее, о другой — о моей сестре.
— Нет, — говоря это, слепой альфа повернул голову в сторону Скар, но уже следующие слова были обращены Райту. — Я знаю тебя много лет. Мы были вместе, когда нашей смерти желали все. Я знал, что тобой двигало. И, что? Вот так просто ты изменился? Эта девка так охренетительно хороша?
— Так, стоп, — я опять увидела руки Скар. Она развела их в стороны.
— Я уже сказал, что уйти нужно вам. Я занят.
— Ты скатился, Матс. Я от тебя такого не ожидал, — слепой альфа произнес это настолько холодно, что даже меня обдало льдом. — Ты сказал мне это давно. То, что ты поставил бы метку только на одной, но ее уже нет. Что же ты делаешь сейчас? За все годы я понял, что ты не отступаешься от своего, но видно ошибался.
— Почему вы сейчас говорите про метку? — голос Скар стал громче. — И ты опять упомянул истинную Райта? Да? Клянусь, я зла. Почему вы забываете про Джанет? Матс, она твоя жена и мне очень больно за свою сестру. Видеть такое наплевательское отношение невыносимо. Тем более, ты знаешь, как Джанет тебя любит.
— Мы говорим про истинную потому, что для таких, как мы истинность слишком многое значит. Не то, что считают люди. Это нерушимая связь, которую Райт, тем не менее, разрушил.
— Сейчас нужно говорить именно о моей сестре, — Скар шумно выдохнула. — Я тебе уже говорила, что знала истинную Райта. Мы пересекались лишь пару дней в убежище Лиама, но успели сдружиться. Она была до невозможности хорошей девушкой. Я ее полюбила, как подругу и ты представить не можешь, как я ревела, когда узнала про ее смерть. Мне жаль, что такое произошло. Это ужасно. Но так же мне жаль мою сестру и больно от того, что никто из вас сейчас о ней даже не вспомнил.
— Ах ты ж тварь, — я даже не заметила того, как эти слова слетели с моих губ и не обратила внимание на то, что в коридоре повисла тишина. Как и на то, что Райт обернулся ко мне. Непонимающе нахмурился.
Меня выворачивало от каждого слова Скар и тошнило от ее чертовых духов.