Изучение книги заняло какое-то время, но напряжение, повисшее в комнате я ощущала отчетливо. Точно так же, как и взгляд Райта. То, как он делал глубокие вдохи. Словно по запаху жаждал изучить мою душу.
— Где твоя бывшая жена? — спросила, пролистывая несколько страниц. Было неприятно спрашивать об этом, но иначе нельзя. Воспоминания о том, что Райт когда-то был женат, до их пор грызли меня.
— Знаешь о том, что я был женат? — Райт подкурил сигару.
— К сожалению, да. Так, где она? Какие у вас с ней отношения?
— Никакие.
— Твоя бывшая исчезла?
— Нет. Почему ты считаешь, что я должен интересоваться ее жизнью? — Райт сбил пепел в массивную пепельницу, слишком сильно сжимая сигару пальцами.
О своей жене он говорил с таким безразличием, словно мы обсуждали старую, пыльную вазу, некогда отнесенную на чердак. Может, она все еще стояла там, или ее уже кто-то выбросил. Райту, как хозяину этой вазы было глубоко все равно.
Вот только, мне от этого легче не становилось. Этот вопрос для меня был слишком острым.
— Потому, что когда-то ты был женат на этой женщине. Хочешь ты этого, или нет, но она оставила в твоей жизни след. Тем более, когда-то мне сказали, что твоя жена была для тебя чем-то сродни божества.
— Божества? — Райт усмехнулся. Так, словно я сказала глупую ересь.
— Разве это не так?
— Ты преувеличиваешь ее значение, — Матс ответил холодно. Жестко. — Но, может, мы поговорим о тебе? Кто в твоей жизни оставил след? Кто у тебя был до меня? Лиам?
— У меня с Лиамом ничего подобного не было.
— Ты называешь его по имени.
— Потому, что он дорогой для меня человек. Не чужой.
— Вот как? — Райт смял сигару о пепельницу, которая пошатнулась из-за удара его энергетики. Она вообще начала буйствовать. Слишком резко и рвано. — Насколько же он дорог тебе?
— Лиам близкий для меня не в том смысле, в котором ты подумал, но, пожалуйста, ответь мне на один вопрос. Допустим, у меня все-таки есть тот, кто дорог мне именно, как мужчина. Что будет в таком случае?
— Я уже говорил, что компромиссов касательно тебя у меня не будет.
— Что это означает?
— То, что не будет того, кто тебе дорог.
— В каком смысле? — по взгляду Райта я все поняла. Ответ не потребовался. Насколько же Райт жестокий? — Почему? Ты только встретил меня, но уже слишком кардинально настроен.
— Я настроен серьезно.
— Опять-таки, почему? Кто я для тебя, чтобы хоть как-то тебя волновать?
— Ты моя самка. Единственная женщина, которая может у меня быть и, которую я признал.