Мурашки не переставая бегают по коже. Я подпеваю вместе с залом и удивляюсь, откуда знаю слова почти каждой песни, потому что не особо знакома с репертуаром «Ворона»."
"После одной из композиций музыка стихает. Исполнитель объявляет небольшой перерыв и уходит за кулисы. Света на сцене становится меньше, ее освещает только мягкий голубой фон экранов. На них появляется яркая заставка: крупные планы людей из толпы. Камеры выхватывают лица, обнимающиеся и целующиеся парочки, и зал взрывается овациями и смехом.
Улыбаясь, продолжаю наблюдать за парочками, которые делятся своими чувствами.
Жанна толкает меня в бок:
– Смотри, смотри! Сейчас и нас заснимут! – кричит она, смеясь.
Но камера уходит дальше, ловя одну за другой тысячи пар. Аплодисменты усиливаются. Крупным планом показывают очередных влюбленных.
На экране… Мой муж. Или кто-то, похожий на него до мельчайших деталей. Он обнимает стройную девушку с длинными темными волосами. Они стоят так близко друг к другу, что кажется, между ними нет воздуха. Он наклоняется и целует ее. Жадно, долго, со страстью, которую я давно не чувствовала по отношению к себе.
– Таня! – Жанна хватает меня за плечо. – Это же… Толя! Ну да, он! Очуметь!..
Машинально качаю головой.
– Нет… Это ошибка… Это не он… Просто похож… Толя в командировке.
– Да это он! Шрам! У него шрам на щеке был! Таня, это он! – Жанна почти кричит, а я не могу оторваться от экрана.
Шрам. Да. Маленькая отметина над скулой, которую муж получил еще в юности.
Начинают трястись руки. Едва не роняя телефон, я набираю Толю. Гудки. Один, второй… Никто не отвечает.
В горле встает ком. Смотрю на экран, где показывают уже другую пару, и хочется кричать.
Я медленно опускаю телефон, сжимаю его в ладонях, пытаясь унять дрожь, но ничего не выходит. Эмоции зашкаливают.
Это не может быть правдой. Просто не может.
Жанна и Лена переглядываются.
– Видимо, концерт все, – хрипло говорю я. – Не смогу больше веселиться.
По крайней мере, пока не узнаю правду. Пока не дозвонюсь до мужа.
Девчонки молча кивают, не задавая лишних вопросов.