Лучшая уже не победит.
— Спасибо, — выдавил я.
И как теперь жить дальше? Вся неделя, настоящее безумие. Я не мог спать, я не хотел есть, и я мечтал только об одном. Увидеть ее снова.
Поговорить. Еще раз попросить прощения. Сделать хоть что-то.
А лучше — вернуться в прошлое и все изменить.
Выкинули меня в этот мир слова Наташи, или это просто совпадение? Но я больше не смогу туда вернуться.
Это я понимал отлично.
Да и хотела бы она, чтобы я вернулся?
Всю неделю я прятался в собственных покоях, разговаривая с котами.
Сегодня позвонила уже мама. Она была обеспокоена, что меня никто не видел неделю. Мне пришлось врать о тщательной подготовке.
Также мама переживала о том, что, как ей казалось, у отца какие-то тайны.
— Думаю, он просто занят.
— Все заняты, — устало сказала она. — Вы все что-то скрываете от меня. Вы все бледные, замученные и необщительные.
— А я думал, ты только мне звонишь, оттого что я самый любимый."
"— Пытаешься увести меня от скользкой темы? — хмыкнула она.
— Мама, мы просто стараемся, чтобы все прошло как можно лучше.
Мама вздохнула.
— Надеюсь, вы мне родите внучек, — буркнула она. — Вокруг одни мужчины, которые знают, как лучше. И ничего не рассказывают.
— Мы скоро приведем тебе дочек, — напомнил я, и мама наконец улыбнулась.
— Очень жду встречи.
Слова мамы ударили по больному месту.
Я со всех сил старался держать лицо, но, похоже, она что-то увидела.
— Рейн, точно все хорошо?
— Стучат, — соврал я. — Дела.
Мама покачала головой.
— Удачи.
— Спасибо, мам, — ответил я, желая прервать связь.
— Мы с папой вас очень любим и гордимся.
— И я вас, — кинул напоследок и прервал разговор.
Чувство долга пересилило. Сегодня я отпустил Акселя. Справлюсь сам. Все же я мужик, а не девица пубертатного возраста.
Возьму себя в руки и все проведу сам.
Но вот только отчего-то, когда слуга снова постучал в дверь, я почувствовал, что выйти за пределы комнаты — одно из самых сложных испытаний в моей жизни.
— Ваше высочество, вас просят на личную аудиенцию, — неожиданно сообщил голос за дверью.
— Она решила так сама, — буркнул я и поставил шарик повыше, грозно посмотрев на котов.
Но на кошачьих мордах ни капли понимания или сочувствия.