Как может мужчина выглядеть все сексуальнее с каждым днем? Это не очень хорошо для моей неудержимой одержимости.
— Я тебя разбудил? — спрашиваю я.
— Все равно я не очень хорошо спал, — ворчит он хриплым голосом, который доносится прямо до моего члена и куда-то в грудь.
— Эм, малыш? Почему ты спишь на полу?
— Когда я пришел, ты распластался по полу, и я хотел испытать это на себе, посмотреть, так ли удобно спать вне кровати, как ты говоришь. Ответ — однозначно нет, — он садится и разминает плечи и шею. — Не делай так больше, Николай.
— Я могу спать в кровати, только когда ты рядом, — я сажусь позади него, раздвигая ноги по обе стороны от него, и массирую его плечи. — Оставайся здесь, и мне не придется спать на полу.
— Договорились, — он склоняется к моим прикосновениям и испускает тихий вздох. Я жажду того, как он позволяет мне прикасаться к себе вне секса. Я знаю, что вначале ему было не по себе от такой перспективы, но теперь он делает это так естественно, что мне приходится сдерживать себя, чтобы не поглотить его целиком и не оставить ни крошки.
Как, черт возьми, ему удается завести меня всего несколькими звуками?
Как он превратил всемогущего Николая Соколова в эту странную сущность, которая может выжить только в его присутствии? Я уже и не помню себя до него. И уж тем более мне не нравится сама мысль о разлуке с ним.
— Как прошел вечер? — спрашиваю я, чтобы покончить с этим тошнотворным чувством.
— Не жалуюсь.
— Значит, ты наслаждался своим временем, пока я страдал.
— Ты слишком драматизируешь. Кроме того, я думал, ты будешь занят своими махинациями в бойцовском клубе.
— Я не был там. Хотел увидеть тебя.
— Вот как? — говорит он слегка насмешливым тоном.
— И что это значит?
— Не знаю, — он поворачивается ко мне лицом и поднимает бровь. — Ты сегодня сделал что-то, что я не одобряю?
— Я? Это ты меня игнорировал.
— Сегодня ты фотографировался или не фотографировался с одной стройной брюнеткой?
— Нет.
Он лезет в карман, достает телефон, открывает мой IG в разделе отмеченных фотографий и показывает снимок, о котором идет речь. Девушка, имени которой я, черт возьми, не помню, приклеилась к моему боку, прижимаясь сиськами к моей руке. Подпись гласит: «Скучаю по тебе, мой красавчик».
— Не хочешь объясниться? — Брэн спрашивает жутко спокойным тоном. Я заметил, что он становится страшно собранным, когда злится.
— Эм, малыш.